Горец и леди

– Не беспокойся, я не буду подглядывать, – ответил он, не поворачивая головы.

Не желая затевать спор, тем более что она очень замерзла, Бригитта быстро скинула свою мокрую одежду и завернулась в одеяло. Потом села на расстеленную на полу шкуру и подозвала к себе Хитреца.

Йен развел в очаге огонь, завернулся в плед и устроился на шкуре рядом с ней.

– На, выпей вот это, – сказал он и сунул ей в руки флягу с виски. – Это тебя согреет.

Она немного отхлебнула, рассеянно вернув ему флягу, и уставилась в гипнотически-зачаровывающее пламя очага. Йен тоже приложился к виски разок-другой, поглядывая на Бригитту. Та лениво поглаживала пушистую шерсть лисенка. Чувствовалось какое-то умиротворение в ее расслабленной позе. Непринужденно, словно бы случайно, Йен обнял ее за голые плечи и притянул поближе к себе. Она подняла глаза на него так невинно, что ему стало жаль нарушать эту установившуюся между ними гармонию. Но делать нечего: он должен предпринять решительные действия – больше откладывать было нельзя.

– Я когда-нибудь рассказывал тебе, – начал он, – славную историю клана Макартуров? Бригитта отрицательно покачала головой.

– В былые времена, – начал он, – Макартуры были первым по знатности родом в Шотландии, конечно, после Стюартов. Мы возглавляли то, что сейчас называется кланом Кэмпбел. Однако в течение последних двух веков произошло много всякого. Теперь Макартуры уже не возглавляют клан, хотя и сохранили все свои владения, а также особые привилегии, дарованные нашей семье много лет назад.

– Это какие же? – спросила Бригитта.

– Видишь ли, очень давно, – вкрадчиво заговорил Йен, и его рука, лежащая на плече Бригитты, начала медленно поглаживать его, – король Малкольм пожаловал особые привилегии Макартурам и их потомкам. В любом сражении, когда развернуто королевское знамя, Макартуры ведут шотландскую армию.

– Быть первым в сражении – не очень завидная роль.

– Это только если ты трус, – возразил Йен, ласково целуя ее в лоб, – или женщина, но Макартуры издавна известны своей храбростью. Однако есть и другое. Когда коронуют короля или королеву, глава Макартуров, граф Данридж, возлагает корону на голову помазанника Божия.

– В самом деле? – удивилась Бригитта."

"– Граф Данридж, – продолжая нежно поглаживать ее плечо, говорил Йен, – имеет право садиться без разрешения в присутствии шотландского короля. И, когда коронуется новый монарх, граф первым делом так и поступает, чтобы Стюарты ничего не забыли. Это даже стало предметом шуток среди вождей шотландских кланов.

– А почему?

– Все уже заранее знают, что, когда коронуется король или королева, первое, что делает Макартур, – это садится в присутствии их величеств.