Горец и леди

Бригитта задрожала, и вспышка жаркого чувства взорвалась в этом крошечном центре ее существа. Она закрыла глаза, готовая на все, лишь бы не прекращались его ласки, лишь бы не опадала эта волна возбуждения, которая несла ее к неведомым вершинам сладострастия.

– Ты хочешь этого? – тихо спросил Йен. Пылая от желания, Бригитта не отвечала. Она лишь слегка развела ноги, приподнимаясь навстречу его ласкающим пальцам, и этого было достаточно. Она почувствовала на себе тяжесть его крупного мускулистого тела.

– Я люблю тебя.

Он глубоко вошел в нее, одним мощным толчком разрушив преграду, и это произошло так быстро, что Бригитта не сразу почувствовала боль. Она вскрикнула, слезы брызнули из ее глаз, но губы Йена ласкали ее рот, руки его нежно касались ее грудей, поглаживая и успокаивая. Несмотря на безумное желание, Йен лежал неподвижно, позволяя ей забыть о боли и ощутить, наконец-то, другое, для чего, собственно, он все и затевал. Йен хотел доставить ей удовольствие в первую же их ночь, чтобы потом оно никогда не покидало их брачное ложе.

Он начал двигаться, делая это медленно и осторожно. Бригитта судорожно и прерывисто задышала, а чувство острого наслаждения становилось все жарче и жарче с каждым его движением.

– Обвей меня ногами, – приказал он. А когда она послушалась, его толчки стали глубже и быстрей.

Проснувшийся инстинкт безошибочно вел ее к наиболее полному удовлетворению неистовой жажды. Бригитта приподняла бедра, встречая его каждый толчок, испытывая такое острое сладострастное напряжение, которое, казалось, должно было убить ее. Она взлетала на самый высокий гребень волны океана наслаждений и еще… и еще."

"Вздрагивая всем телом, она почувствовала, как Йен напрягся и, застонав, извергнул в нее свое семя. Слившись в одно целое, они какое-то время лежали неподвижно. Потом Йен поцеловал ее благодарным коротким поцелуем, но Бригитта уже ничего не сознавала. Мягкий сон окутал ее, сон пресыщения.

Чувствуя, как что-то теплое и влажное щекочет ей лицо, Бригитта шевельнулась во сне и натянула одеяло до бровей.

– Не надо, Росс, – сонно пробормотала она и услышала его веселый смех.

– Я тут ни при чем, – сказал он, а щекотка продолжалась.

Морщась, она открыла глаза, и все сразу стало ясно: это Хитрец лизал ее щеку.

– Я выйду с ним, – сказала Бригитта.

Она встала с постели и, завернувшись в одеяло, вышла с лисенком из дома.

С удовольствием вдыхая свежий утренний воздух, Бригитта постояла на крыльце, дожидаясь, пока Хитрец нагуляется, и вернулась в дом. Там она опять улеглась на расстеленную, на полу шкуру, чувствуя истому во всем теле. Йен устроился рядом с ней и нежно поцеловал в губы.