Горькая полынь моей памяти

Вернее, заказ сделал Равиль, Карима лишь согласно кивнула, несмотря на сомнения, что ей действительно хочется говяжью отбивную с овощами и куриный суп-лапшу. Она бы с радостью съела поке с лососем.

– Тебе нужно повышать гемоглобин, – привёл железный аргумент Равиль, Карима улыбнулась. Когда мама говорила про гемоглобин – злило, а когда Равиль – радовало.

– Нужно, так нужно, – покладисто согласилась Карима. Спорить не хотелось, да и настроение стало улучшаться, усталость проходила, как и ломота в руках.

Рядом с Равилем Кариме всегда становилось лучше, веселей, проще, особенно когда он прикасался к ней, порой вовсе не случайно, она понимала это.

Тогда сладко-сладко замирало дыхание, а сердце начинало трепетать, как крылышки колибри."

"Сейчас он проводил по руке Каримы, очерчивая каждый палец, рисунок тонких вен на кистях, задевая тонкую кожу запястья. Девушка готова была зажмуриться, как довольная кошка под первыми лучами весеннего солнца. Одновременно невозможно волнительно и спокойно. Будто так и должно быть, только так. И никакого института, никакой физики, никаких самолётов, которые найдётся кому конструировать, а вот прикасаться к Кариме, так прикасаться – больше некому.

Да и не позволит она никому, никогда и ни за что.

– Сыта? – уточнил Равиль, когда Карима с трудом доела свою порцию.

– Да, – она кивнула. Только когда подали заказ, Карима поняла, что с радостью съест куриную лапшу – ароматную, горячую, – и проглотит стейк, вместе с овощами, что шли гарниром. И на пирожное место останется.

Равиль сам привёз Кариму домой, сказал – папа в курсе, и провёл целый вечер, расспрашивая о планах, рассказывая о проделках на пару с Дамиром, когда они были маленькими или студентами.

Впрочем, воспоминаниями о студенчестве он делился неохотно, часто поглядывая с хитринкой на Кариму, дескать, маленькая ты ещё, маленькая для моих откровений. Карима была согласна, не всё она хотела знать и слышать о юности Равиля Юнусова, и «маленькой» ей нравилось быть. Для Равиля «маленькой», больше ни для кого.

Шёл выпускной. На торжественную часть Файзулины пришли всей семьёй. Эби надела любимый платок и платье, купленное специально для праздника Каримы.

Алсу и Назар были в числе поздравляющих выпускников от лица средней школы, Динара принарядили в строгий костюмчик, даже галстук повязали, бесконечно мешающий малышу, но он стойко держался, поглядывая на отца в официальном костюме, Назара и Дамира. Тот тоже пришёл и даже один раз улыбнулся. Один раз! Но ведь улыбнулся! Когда Карима сходила со сцены с аттестатом с серебряным тиснением и медалью в бархатном футляре, Дамир ей улыбнулся.