И вкус тьмы на губах

– Сдавайся, Арчи! – крикнул мой кромешник.

Проигравший поднимать руки не спешил. Он что-то яростно прошипел – и Виктрэм отшатнулся. Смертоносная булава растаяла черным дымом.

Хохотнув, Арчиваль скользнул в открытую дверь.

– Что случилось?

Я бросилась к Виктрэму. Коснулась его напряженного плеча – дернувшись, он обернулся.

Я перестала дышать. Столько боли в золотых глазах… Боли после слов кузена. Что он ему сказал?!

– Виктрэм… лорд Глау, что с вами?

– Со мной? – переспросил безжизненно кромешник. – Со мной ничего, а вот…

Он не договорил, махнув рукой.

А с кем тогда? Ответа добиться не успела – разгромленный музей, в котором все еще кружились зеленые перья, заполнили мужчины в черном. Кромешники во главе с принцами.

Я спровоцировала у Арчиваля приступ ярости, но это нам ничего не дало. Он ушел, тем самым избежав ментального допроса.

Бо́льшая часть кромешников вместе с наследником императора бросилась на поиски Арчиваля. Принц Валиант коротко расспросил нас о произошедшем, интересуясь любой мелочью, даже моей пикировкой с Цветковым.

– Леди Джун, это ваше, – напомнил Виктрэм о пакете с деньгами.

Я заколебалась, брать или вышвырнуть в кучу мусора. Победа осталась за разумом.

– Разрешите? – Принц протянул руку и получил мой сверток.

Скрывая от наших глаз, его окутала тьма. Миг-другой – и она растаяла.

– Опасных артефактов и проклятий нет, – сообщил о результатах проверки принц.

– А я и не подумал проверить, – удрученно признался Виктрэм. – Хотя теперь и верю, что Арчи может специально навредить невинному человеку.

– Соберись, Рэм! – строго потребовал принц."

"Осознание ситуации пришло, как всегда, некстати: я задрожала от понимания, что все могло завершиться не так хорошо. За себя страха почти не было, я переживала, что Виктрэм не справится со своей тьмой. Что-то гложет, мучает его, и это опасно. Когда человек сам с собой борется, не может найти внутреннее равновесие, его легко победить врагам.

– Госпожа Джун, вы можете быть свободны, – сообщил принц Валиант. – Вас проведут в гостевые покои для отдыха, а позже – туда, куда пожелаете.

Я испугалась. Куда пожелаю?.. Тонкий намек, что мне пора покинуть империю и вернуться в Латорию?

– Благодарю за заботу, ваше высочество, – поклонилась я.

Первый шаг к выходу из выставочного зала, и мою стопу прострелила острая боль. Я не сдержала крика.

– Что случилось?

Виктрэм оказался рядом и ухватился за мою приподнятую ногу.

Длинная игла пробила подошву бальной туфельки и глубоко вонзилась в ступню. Когда я с шипеньем освободила ее от обуви, увидела неприятное: место прокола на глазах опухало и жгло огнем.

– Игла колючего волка, – сделал вывод Виктрэм.