Бесконечность любви, бесконечность печали.

Стала бы фрау Вессенберг - жила бы, как у Хрипа за пазухой», - думал он накануне, выслушивая исповедь прилетевшего немца о том, как по собственной глупости он когда-то потерял Катю и как все эти годы надеялся, что когда-нибудь все п (менится.

Именно ради этого Генрих и вошел в роль «лучшей Катиной подружки». По крайней мере так он всегда был в курсе, где она и •гго с ней. То, что Виталик ей не пара и рано или поздно они разнесутся, он понял еще в первый приезд. Слишком разные. Потому терпеливо ждал. Иногда, правда, сомневался: вдруг он сам уже ее полюбит?

Но в Москве убедился: любит.

И любимая - вот она, рядом, стоит лишь руку протянуть. Был так перевозбужден, что даже предложение сделал, но... видно, не вовремя. Не отошла еще Катя, не отболела душа. Что ж, он готов был подождать. Столько лет терпел ее замужество, а уж теперь сам Бог велел. Главное - появилась уверенность: скоро все разрешится, она примет решение.

Но не зря сказал классик: бойся своих желаний - они имеют свойство сбываться. Вчера все и разрешилось, правда, со знаком минус. Оказалось, Катя любит другого мужчину, от которого ждет ребенка. Генриха это едва не убило.

Однако в кладези народной мудрости предусмотрен и такой вариант: с горем надо ночку переспать. И, похоже, переспав со своим горем, Вессенберг смирился с тем, что есть.

«Хрен его поймешь! - вздохнул Венечка. - Вечером одно, утром другое... И как его вразумить? Неужели не врубается: не любит она его».

-      У тебя есть что-нибудь от головы? Трещит, сил нет! - взмолился Вессенберг.

-      Сейчас.

Притащив рюкзак, Потюня открыл кармашек, в котором хранились таблетки. С некоторых пор ему приходилось возить с собой лекарства не только от головной боли, но и от давления.

-      Спасибо! - Генрих проглотил пилюлю, запив стаканом воды.

-      За таблетки спасибо не говорят, - заметил Венечка. - Ладно, ты тут отлеживайся, думай, а мне пора. Дело важное.

-      Погоди, послушай... - остановил гость и вернулся к разговору:

-      Понимаешь, тогда, после ЭКО, я не знал, чем могу ей помочь. А сейчас знаю: я помогу ей вырастить ребенка, стану ему отцом, вдруг выдал он и в поисках поддержки поднял взгляд на Потюню."

"-      Пусть она меня не любит, ничего страшного! Зато я готов любит!. и ее, и ребенка! Как у вас говорят.

.. если любишь женщину, то любишь и ее детей.

«Вот те раз! - Веня снова плюхнулся на стул. - Совсем крыша у мужика съехала! Не понял, что Катя без любви замуж не пойдет? Даже не поцелуется!»

-      Ген... Ты бы того... не торопился с выводами, - тщательно подбирая слова, попытался он остудить пыл собеседника. - Понимаешь, она в таком состоянии... Не до любви ей сейчас.

-      Понимаю, - согласился Генрих. - Но я готов ждать, пока она не поймет: ребенку нужен отец.

«Дурила! - в сердцах отругал его Венечка.