Бесконечность любви, бесконечность печали.

Стоило ему услышать этот быстрый говор - будто лампочка внутри зажигалась, на душе становилось светло и тепло. Иногда он ловил себя на мысли, что слушал бы ее переливчатую трель часами. Но не открыто, а спрятавшись в укромном местечке. Издержки бывшей профессии - выработанная годами привычка не выдавать эмоций. Хотя в общении с Зиной это стоило все больших усилий.

-      Температура если и есть, то небольшая. Позавтракали.

-      Это хорошо! И категорически запретите ему ехать на работу! Категорически!!! Он вас послушает, я знаю, - по легкой одышке было понятно, что сейчас Зина не только быстро говорит, но и так же быстро двигается.

- Я скоро выхожу, и в офисе появлюсь раньше, чем обычно. Пусть не волнуется. А вы не оставляйте его одного!

-      Слушаюсь! И повинуюсь! - игриво отрапортовал Поляченко.

-      ..Андрей Леонидович, это вы? - после небольшой паузы уточнила Зина. - Вы шутите?

-      Никак нет! - в той же игривой манере продолжил он. - Обещаю с шефа глаз не спускать и быть рядом столько, сколько нужно.

-      Ладно... - протянула озадаченная секретарша. - Только сразу

звоните, если что. Я после вчерашнего побаиваюсь его тревожить, буду вас набирать, договорились?

-      Договорились, - заметив появившегося в гостиной шефа, Андрей Леонидович понял, что пора прощаться: - Буду на связи.

До свидания!

-      Я подумал, что и сам вполне могу сесть за руль... - неуверенно начал Ладышев.

-      Нет, - прервал подчиненный и прошел следом за ним в прихожую. - Извините, это даже не обсуждается.

-      Хотя, может, вы и правы. Хорошо... А какая больница?

-      Ее вчера по телевизору в новостях показывали. Там ЧП: теплотрассу прорвало, какие-то корпуса без отопления остались.

Но вряд ли это сказалось на состоянии больных, - поспешил добавить Поляченко.

Ладышев нахмурился. Что-то такое он вчера вроде видел или слышал, когда в полубредовом состоянии щелкал пультом телевизора. Еще подумал: это больница, где работает Лера... А ведь ей он так и не перезвонил.

-      Правда, есть один осложняющий момент: в городе карантин по гриппу объявили, и, скорее всего, больница закрыта для посетителей. А у вас как раз грипп... - Поляченко взглянул на шефа.

Как тот ни старался, скрыть, что ему нездоровится, было невозможно: заторможенные движения, воспаленные глаза, пусть и выбритое, но отекшее и помятое лицо.

-      Именно от таких, как вы, ее и закрыли. Вряд ли вас пропустят,

-      засомневался Поляченко в правильности принятого шефом решения.

-      Пропустят, - буркнул Ладышев, вытаскивая из шкафа дубленку. - Сейчас уточню, - все-таки заколебался он и достал телефон.

-      ...Доброе утро... Да, это я, - ответил он невидимому собеседнику. - Конечно, поговорим. Но сначала просьба: мне надо навестить одного пациента в твоей больнице...