Яд твоего поцелуя (СИ)

— Частично, — засмеялась Валерия. — Ты не рад, что мы к тебе вот так без приглашения?

— Конечно, не… — собирался уже ответить Афанасий в своей привычной манере, но остановился напротив Леры и посмотрел ей в глаза. — Очень рад, внучка.

— Вот такие вот у нас приключения, дед, — рассказывал Илья, когда все уже сидели за столом, на который старик вытащил, наверное, все свои запасы.

Тут и тушеная оленина с картошкой, вяленое мясо, моченые яблоки, капуста с брусникой, ну и, конечно, самогон. Илья с дедом потягивали привезенный коньяк, а Лера морщилась от заваренного Афанасием любимого чая. Щенок, разморенный теплом, спал у ног Афанасия, уткнувшись мордочкой в его меховые чуни.

— Так что судить получилось некого, — продолжал Илья. — Быстрицкий разбился насмерть, пока уходил от погони. Хабарина взяли на следующий день, но до суда он не дожил. Отпустили под залог, когда он во всем признался, а дома сердечный приступ и всё.

— Значит, банальная месть, — почесал свою бороду дед.

— Ага, покоя ему не давало благополучие Княжина, да и Лерка в свое время подтолкнула сама не зная сына Хабарина на воровство. Он ее во всем винил, не понимая, что сын его давно уже не человек после всей дури, что принимал в молодости. А еще Алевтина родила дочку, Лера говорит, похожа на Быстрицкого, — морщится Илья.

— Ты сейчас как себя чувствуешь? — посмотрел строго на Валерию дед. — После ранения куда опять понеслась? Да еще в тайгу!

— Ничего со мной не случилось, пуля прошла на вылет, не задела сердце. Не ругай меня, деда, я от Ильи тогда наслушалась, — заулыбалась Княжина.

— Бедовая ты девка, Княжина Валерия, — усмехнулся Афанасий.

— А я уже не Княжина, а Старцева, — гордо произнесла Лера.

— Поженились, значит, — крякнул от удовольствия старик. — Детей надо делать, а не сюда ездить.

— А мы как бы уже, — смутилась Валерия.

— В смысле? — взревел Илья. — Ты сказала, ложная задержка!

— Ну была ложная, а когда на полигоне остановились на несколько дней, я тест сделала, — притихла жена. — Я же знала, что тогда ты меня сюда не повезешь, а нам нужно было Хана определить, пока не вырос.

— Мать моя женщина! — ругнулся Илья. — Иди сюда, чумовая девчонка, выпорю.

Илья потянулся к ней, и довольная Лера скользнула в его объятия.

— А меня теперь нельзя пороть, — усмехнулась она.

— Обратно с отцами на вертолете вернешься, — строго произнес Илья, а Лера согласилась.

— Оба бедовые, — довольно произнес Афанасий, любуясь целующейся парой. — Только беда вас покинула, теперь счастье будет.

— А как же! — засмеялся Илья, целуя свою жену. — Когда любишь, всё получаться по-другому…

Теперь точно всё будет хорошо, заслужили, выжили и выстояли. Пора просто жить, счастливо и в настоящей любви."