Искупление 6

- Он печально улыбнулся, прежде чем добавить: – Ты завоевал себе поклонника, Джоуи Линч.

– Ваша жена, - невозмутимо произнес я, подавляя желание застонать, когда внезапный приступ сильной боли и голода атаковал мои чувства. Черт, это никогда не уходило. – Не могу понять, как, когда ваша жена ни хрена обо мне не знает.

– И ты явно ни хрена о ней не знаешь – извини за выражение, - ответил он с ухмылкой.– У нее к тебе какие-то чувства.

Я сузил глаза, мгновенно заподозрив неладное. – Чувства.

Он кивнул. – Она хочет помочь тебе.

Я напрягся. – Мне не нужна ее помощь.

– Ах, но тебе это нужно?"

"– Вы можете просто перейти к делу?-Я прямо спросил его, чувствуя себя чертовски сбитым с толку.

– Во-первых, я собираюсь вытащить тебя из этого бардака, - сказал он, поднимаясь на ноги. – А потом мы поговорим.

Слишком хорошо,что бы быть правдой – или безопасностью.

Джоуи Потратив в общей сложности за семь минут перед судьей Джон Кавана не только закрыл мое дело, но и каким-то образом сумел заставить судью – гребаного судью – сжалиться надо мной настолько, чтобы извиниться передо мной.

Если бы я не тонул в невыносимой боли от моего последнего падения, я был бы серьезно впечатлен силой убеждения этого человека.

Совершенно ахуевший, я сидел на пассажирском сиденье его дорогого Мерседеса после суда, слишком ошеломленный, чтобы спорить, когда он отвез меня обратно в поместье.

Мне что-то нужно.

Что угодно, чтобы снять напряжение.

Адреналин, который раньше бурлил в моих венах, давно покинул меня, оставив мое тело холодным до костей, и каждый прикрепленный ко мне мускул болел. Казалось, не имело значения, насколько яростно протестовал мой разум или сопротивлялось мое сердце; физическая боль от изъятия была слишком сильной для меня, чтобы справиться.

Я ненавидел себя за то, что не был достаточно силен, чтобы продолжать давить на это, но это было слишком велико для меня.

Это была слишком большая драка.

Я не смог победить.

– Сядь, Джоуи,любимый, - проинструктировала Эдель, когда я немного позже вошел в ее кухню. Чувствуя себя незваным гостем, я хотел быть где угодно еще. – Как ты себя чувствуешь? Как твое лицо? Как прошел суд? О, бедная любовь, ты вся избитая и в синяках.

– Дай мальчику немного передышки, милая, - сказал Джон, следуя за мной на остров.– Сядь, Джоуи. Мы можем поговорить.

Я не хотел садиться.

Я хотел говорить еще меньше.

Но я был обязан этому человеку своей свободой.

Если бы разговор был всем, чего он хотел в качестве платы за то, что спас мою задницу от тюрьмы, то я бы с радостью дал ему это.

Плюхнувшись на табурет за островком, мне пришлось подавить желание наброситься и отреагировать, когда его жена буквально положила руки на мою голову.