Камуфлет

Он уже наметился заявить в полицию, а она тут как тут, такая удача!

Пасквиль был предъявлен незамедлительно.

Статейка напечатана на обычном листе писчей бумаги знакомым машинописным шрифтом — засечку на «а» ни с чем не спутаешь. Конверт без штемпеля. Кто принес — неизвестно, как и следовало ожидать. Впрочем, отличие этого послания от поздравления рогоносцу бросалось в глаза. Под текстом гордо значилась авторская подпись.

— Кто из литераторов пифет под таким псевдонимом? — спросил Ванзаров.

— Никто, о чем вы! Что это такое: «Антон Чижъ»?! Не псевдоним, а пошлость! — Суворин всплеснул руками от возмущения.

Требовалось вчитаться в текст. В общих чертах издатель пересказал верно: новая кровь как причастие для воскрешения России. Но маленькая деталь ускользнула от внимания редактора. В статье указывалась дата, когда в империи случится новая эра.

И хоть автор использовал символический шифр («зачатый от крови января, родится на день позже в положенный срок»), разгадать его не составило труда — 10 августа. Не камуфлет, а прямо таки приглашение на казнь!

— Вы ничего не слыфали про «Первую кровь», или «Primus sanguinis»? — спросил Родион Георгиевич и немедленно пожалел об этом.

Глаза Суворина налились хищной жаждой репортера знать новость первым. Так что про содалов спрашивать не стоило.

— Думаю, опасность реальна, — с трагической интонацией сообщил Ванзаров.

Суворин дрогнул и подавленно спросил:

— Что же делать?

— Способ есть… Пифите: «Для Антона Чижа. Ожидаю в канун зари в кафе, где явилась бенгальская пряность в девятый час, для обсуждения условий публикации»…

— Ничего не понял, но звучит романтично! — обрадовался Суворин.

 — Как подпишем?

— «Незнакомец».

— Удобно ли? Все-таки мой псевдоним слишком известен…

— Это объявление ставите на место, где было сообфение об опознании трупа. Сегодня в вечернем и завтра в утреннем выпуске."

"Алексей Сергеевич обещал все исполнить, но не утерпел спросить:

— А это самый… поймет?

— «Антон Чижъ» непременно поймет. — Родион Георгиевич разгладил усы с довольным видом. — Никуда не денется.

— Отважный человек! Идти на встречу с возможным убийцей! — восхитился Суворин.

— С чего взяли, что пойду я?

— А кто же?

— Вы. Кто ж не знает «Незнакомца» в лицо!

И чиновник полиции стремительно откланялся.

Августа 8 дня, около часа, +23 °C

Сначала на Офицерской, затем на Мойку

Раскланялся чиновник, прямо сказать, странно. Еле кивнул и перебежал скоренько на другую сторону. Как от прокаженного, в самом деле. Коллежский советник решил не придавать ерунде значения, мало ли что по жаре с мозгами у человека творится, и направился к дверям Управления.