Карим. Против воли
С самого детства я сторонилась друга старшего брата. При каждой встречи Карим нагонял на меня необъяснимый страх, заставляя сердце биться в ускоренном ритме. Взрослый. Жёсткий. Опасный. Но именно к нему я пришла посреди ночи, когда мой брат внезапно пропал, а через несколько дней после этого в доме появились коллекторы. Я умоляла Карима о помощи, надеясь на его поддержку и покровительство. Жаль, что тогда я не знала, чем всё в итоге обернётся.
***
На следующий день Карим приехал в больницу с утра пораньше и просидел под операционной несколько часов, дожидаясь, когда его девочку переведут в обычную палату. Карим увидел её в коридоре. Пару женщин везли за собой медицинскую кровать на колесиках, а третья — несла в руках штатив с капельницей, которая была подключена к правой руке его супруги.
Карим вскочил с места и рванул вслед за медиками, а потом долго уговаривал впустить в палату, пока одна из медсестёр не сжалилась над его белым, как мука, лицом:
— Проходите, только не долго. Если узнает заведующий, я лишусь работы.
— Не переживайте. Я вас не подведу
Женщина вышла из палаты и захлопнула за собой дверь, оставляя супружескую пару наедине. Обычно, в интенсивную терапию нельзя было пускать посторонних без разрешения лечащего врача, но женское сердце дрогнуло, как материнское.
Карим подошёл к кровати и, опустившись на колени, взял в свои руки холодные пальчики. Погладил тыльную сторону ладони, покрыл солёным поцелуем, шмыгнул носом и прижал к своей колючей щеке:
— Аллах, не забирай у меня мою девочку.
Карим просидел на коленях больше, чем планировал, да и выгонять его никто не спешил. Он просто хотел быть рядом. Хотел смотреть на свою супругу и слушать её дыхание. Неожиданно чёрные игольчатые ресницы быстро-быстро заморгали. Карим и слово сказать не успел, как открылись серые глаза. Люба потянулась рукой к своему лицу и, сорвав с него кислородную маску, сделала глубокий вдох.
Глава 43"
"Яркий солнечный свет ослепил на короткий миг. Прищурив глаза, я сфокусировала взгляд на расплывчатом силуэте и, узнав в нём Карима, попыталась улыбнуться. Потянулась рукой к небритой щеке, но муж опередил, накрыв мои пальцы своей ладонью:
— Аль-Ха́мду ли-Лля́х, ты очнулась.
— Привет, — произнесла осипшим голосом.
— Как ты, душа моя?
— Паршиво.
— Прости… — Карим тихо всхлипнул и, смахнув с лица одинокую слезу, принялся целовать каждый палец на моей руке. — Я не хотел, чтобы всё так произошло.
В сердце остро кольнуло, а в душе дрогнули печальные струны. Я растянула рот в подобие улыбки и отрицательно мотнула головой:
— Не вини себя, Карим. На всё божья воля. Значит, так было суждено.
— Нет, — возразил муж и, поднявшись с колен, сел на край кровати. — Это я не должен был настаивать на незащищённом сексе.
— Карим, посмотри на меня. Видишь? Я жива. Выдержала. Всё будет хорошо.
— Я боялся, что больше никогда не увижу твоих красивых глаз. С ума сходил, не зная, чем тебе помочь. Если после всего этого ты захочешь уйти…
Я не позволила мужу закончить предложение. Поднесла к его губам палец и, прошептав короткое ""т-ц-ц"", призналась в своих чувствах:
— Никуда не уйду. Я с тобой, чтобы не случилось. Карим Орхан-оглы, я люблю тебя.
