Картина без Иосифа

И получил его, когда ему было всего тридцать два года. Неслыханный успех Девизом Сейджа стал carpe diem.

— Совсем не похоже на священника из Уинсло, — пробормотала Дебора.

Гленнавен ответил на ее замечание благосклонным кивком.

— Он добился того, что Майкл не мог без него обойтись. Работал в комитетах, участвовал в политических мероприятиях».

— В одобренных церковью политических мероприятиях, — добавил Доминик.

— Читал лекции в теологических колледжах. Получал тысячи фунтов на поддержку епископской службы и местных храмов. И мог свободно вращаться в любых слоях общества.

— Бриллиант. Чистый воды бриллиант, — бросил Доминик не без иронии.

— И такой человек вдруг удовлетворил жизнью простого деревенского священника, — заметил Сент-Джеймс. — Уму непостижимо!

— Майкл думал точно так же. Ему ужасно не хотелось его терять, но он отпустил его. Это была просьба самого Сейджа. И он направился в Боскасл.

— Но почему?

Епископ вытер руки о полотенце и сложил его.

— Возможно, надеялся отдохнуть в деревне.

— Но почему такая внезапная перемена? Уйти в безвестность с влиятельного поста? Едва ли это можно считать нормальным.

Даже для священнослужителя.

— Он ездил по индивидуальному туру в Дамаск незадолго до этого. И потерял там свою жену.

— Каким образом?

— Она погибла на море. Несчастный случай. С тех пор, по словам Майкла, Сейдж изменился до неузнаваемости. Смерть жены он воспринял как Божью кару за свои суетные интересы и решил жить по-другому.

Сент-Джеймс взглянул на Дебору, и они поняли друг друга. Согласно имеющейся у них информации, они полагали, что викарий не был женат. Видимо, Дебора вспомнила тот ноябрьский день, когда первый и единственный раз беседовала с этим человеком.

— Видимо, его стремление к успеху сменилось страстным желанием искупить свою вину, — сказал Сент-Джеймс епископу.

— Но последняя страсть оказалась менее удобной, чем первая. Он сменил девять мест.

— За какое время?

Епископ взглянул на своего секретаря:

— Примерно за десять-пятнадцать лет, да? Доминик кивнул.

— Без всякого успеха? Человек с его талантами?

— Как я уже сказал, страсть не всегда способствует работе. Он превратился в фаната, о чем мы уже упоминали, во многом проявлял нетерпимость, требовал регулярного посещения церкви и был ярым противником секуляризации.

Он жил Нагорной Проповедью и хотел, чтобы его примеру следовали и его собратья по церкви, и прихожане. Он твердо верил: что бы ни случилось с человеком, на все воля Господа. Но с этим трудно смириться, когда становишься жертвой бессмысленной трагедии.

— Кстати, как и он сам.

— Он верил, что получил по заслугам."

"— «Я был эгоистичен», сказал бы он. — Диакон произнес это, подражая интонации Сейджа.