Херувим

В волосах капроновые ленты, кукольный макияж. Они мяукали, как мартовские кошки, в конце каждой песни поворачивались задом к публике и задирали кружевные подолы с дружным визгом.

Группе удалось записать пару клипов на местном телевидении и завоевать приз зрительских симпатий на региональном конкурсе молодых исполнителей. Потом был сделан диск, и продавался он неплохо, и один из клипов прокрутили по шестому каналу Центрального телевидения, и предстояла первая серьезная гастрольная поездка по Сибири. Надо было разнообразить репертуар.

Гена Ситников, композитор, он же поэт, он же продюсер группы, за ночь написал суперхит.

Песня была лирическая, задушевная и требовала сольного исполнения. Петь должна была одна девушка. А остальные три – только подпевать на заднем плане. Бедняга продюсер не ведал, что натворил, предложив девушкам самим выбрать солистку."

"К этому времени в дружном коллективе накопилось столько взаимных претензий, что спор о солистке закончился не просто ссорой. Девушки подрались, как уголовницы в зоне. Драка получилась нешуточной. Две из четырех попали в больницу.

Третья, хоть и не сильно пострадала, но пережила такой шок, что решила помочь себе ударной дозой героина и тоже попала в больницу. Гастроли срывались. Продюсер Гена напился с горя. Кому-то следовало его утешить, и этим занялась Анжела, печальная, но уцелевшая в драке. Она, в отличие от остальных трех, не претендовала на роль солистки. Пока три кошки пытались выцарапать друг другу глаза, она скромно стояла в сторонке и повторяла: «Девочки, ну не надо, успокойтесь!»

Гена Ситников рыдал у нее на плече.

Анжела робко предложила ему выход из положения. Она, так и быть, готова отправиться на гастроли в одиночестве и исполнить все песни сама. Продюсер ожил, протрезвел, принялся звонить по телефону, бегать, договариваться, чтобы срочно перепечатывали афиши и рекламные тексты. В сибирских городах будет выступать солистка всеми любимой группы «Мяу!» АНЖЕЛА. На новых афишах на фоне бледных маленьких изображений трех бывших кисок красовался ее яркий, очень удачный портрет.

Гастроли прошли успешно. Потом были еще одни и еще.

Постепенно бледные тени прошлого испарились с афиш. Исчезло и само слово «Мяу!». Осталась одна АНЖЕЛА.

Это и было вторым существенным вопросом, который задала ей жизнь и на который она ответила с блеском.

Третьим вопросом оказалась поездка в Москву. У Анжелы к этому времени имелись собственные два клипа на свердловском телевидении, один «компакт», тонкая стопка газетных и журнальных вырезок, где упоминалось ее имя. В Москву ее пригласил владелец сети бизнес-клубов.