Князь

В руках ее покачивалась прикрытая лоскутом чистой ткани ивовая корзина.

Холопы, девки, княгиня и сам Андрей замерли при таком явлении, ожидая продолжения.

– Здоровия вам, люди добрые, – чиркнув по земле ладонью, низко поклонилась девица. – И тебе добра и долгих лет, князь наш, Андрей Васильевич.

– Здравствуй, здравствуй, девица, – кашлянул Зверев, нутром чуя неладное. – С чем пришла, красавица?

– Вот, – откинула она тряпицу с корзины. – Яиц я вам куриных принесла, малины, с медом варенной, земляники лесной, кувшин мяса тушеного. Кабанчика о прошлом годе зарезали. Хороший был, жирный.

– Начало многозначительное, – оглянулся на супругу Андрей. – А просишь за то чего?

– В девках остаться не хочу, батюшка князь. Я уж к знахарю предыдущему раз пять ходила. И курочек носила, и мед, и расстегаи. Помочь обещался, да проку так и не вижу. А ныне и сам он пропал. Видать, колдун его забрал иноземный, что мертвецов подымал.

– Еще бы чего-то ваш знахарь мог сделать, коли у вас на трех девок всего один парень, – усмехнулся Зверев. – Ну, да ничего. Мыслю я, колдун не только знахаря, но и проклятие свое унес. Появятся теперь женихи и у вас в деревне.

– Когда это еще будет, батюшка-князь. А я уж в старых девках скоро останусь. Годы-то девичьи уходят. Красота вянуть, гляди, начнет.

– Мне-то ты почто об этом рассказываешь. Я, коли не знаешь, женат уже, другой молодухи не ищу.

– Но ведь ты, княже, колдуна иноземного одолел, – пряча глаза, припомнила девица. – Стало быть, тоже силу знахарскую имеешь. Опять же, у Авдотьи приживальщика за раз так от хмеля отговорил, что ныне он, окромя воды колодезной, в рот ничего не берет, на лавку от рассвета дотемна не присядет. Токмо и слышно, как топор стучит. Крышу в доме перекрыл, над хлевом новую поставил, ворота теперича меняет… Нечто ты девицу от венца безбрачия заговорить не сможешь?

И гостья тихонько подвинула корзинку к ногам князя.

– Только воду пьет, говоришь? – довольно рассмеялся Зверев. – Значит, с корешками нужными я верно угадал. Ты вот что… Как домой пойдешь, загляни к нему да скажи, что, коли жив остался, пусть про службу княжескую не забывает. Отплываем мы послезавтра, так чтобы поутру на борту был!

– Передам, батюшка князь, – кивнула гостья, – в точности передам.

Но никуда не пошла, ожидая ответа на свою просьбу.

– Венец безбрачия, венец безбрачия, – скривился Зверев. – Что вы в этом понимаете? Ладно, будет тебе суженый-ряженый. Послезавтра с утра тоже сюда приходи, в Корелу с нами поплывешь. Возьми фляжечку. С квасом там или медом хмельным. И товар какой-нибудь. Вышивку, яйца те же, поросят, овечек – уж не знаю. Я твою флягу заговорю присушкой, сильнее которой не знаю.