Князь

— Мне-то одному к чему греть? — развел он руками. — Токмо зря добро княжеское переводить. Я холодненького маненько поклюю и сыт бываю.

— Себе тоже наливай, — разрешил Андрей и скинул на скамью порядком надоевший налатник. — Сказывай, чего тут без нас приключилось? Кто приходил, чего просили, что из Кремля слышно?

— На двор никто чужой не хаживал, вот те крест, — торопливо поклялся ярыга. — Торговцы токмо просились, да я никого не пускал. Просителей хватало, калик сирых и убогих — да кто же им без хозяина что подаст? Во дворце же царском праздник был большой намедни.

Царевича Димитрия крестили, наследника нашего, государя будущего.

— Да ты что?! — чуть не подавился вином Андрей. — У Иоанна наследник? Мальчик? Когда родился? Крепок? Здоров?

— Бог милостив, о здоровии Димитрия дурных слухов не ходит, — широко перекрестился холоп. — А родился он на начало октября. Как государю во стан воинский вестника отослали, так он, сердечный, в считанные дни примчался! Гулянья по Москве великие были. И за наследника, и за избавление от напасти казанской. Велика была радость, звон малиновый! Купцы многие пиво выкатили заради угощения и калачи раздавали невозбранно…

— Во-от оно как! — наконец-то понял поведение государя князь.

 — Вот он чего с места сорвался, про все на свете забыв! Сын у него родился! Нас, служилых, у него много, а сын — первый. Тогда ладно, тогда прощаю. Указы в спешке подмахнул, да и умчался. Какие уж тут дела? Давайте, други. Давайте выпьем за здоровье царевича Дмитрия, подрастающего правителя нашего. Здоровья ему богатырского и долгих лет!

Известие о продолжателе династии Рюриковичей подняло Андрею настроение.

Теперь за судьбу Иоанна можно было сильно не переживать, теперь покушения на царя теряли смысл. Даже если его убить — дорога к престолу злоумышленникам все равно закрыта. Правителем в любом случае окажется не князь Старицкий или кто-то из иных знатных родов, правителем станет младенец. Не лучший вариант для Руси — но зато большая проблема для любых заговорщиков.

С чудесным настроением князь хорошенько пропарился в бане, счищая многодневную грязь и прогреваясь до мозга костей, отоспался на мягкой перине, попил вдоволь вина, наелся горячих пирогов, расстегаев и пряженцев.

Несколько дней он вел откровенно растительную жизнь, наслаждаясь теплом, покоем, сытостью и бездельем. За это время вокруг окончательно утвердилась морозная погода, и Андрей с чистой совестью отправил холопов зимником дальше — в княжество, домой. Сам же прошелся по торгу, выбирая подарки, и новым утром, двадцать пятого ноября, с двумя заводными помчался вслед обозу.