Князь

 — Готова на кресте поклясться, что государь избранный Владимир Андреевич ничем ни тебе, ни роду твоему вредить не станет!

— А я клянусь, княгиня, что, если государь умрет, я твоему сыну в тот же день голову сверну, и никакой Белург его от меня защитить не сможет! — Зверев развернулся и направился к выходу.

— Постой, Андрей Васильевич, — загородил ему путь боярин, всего пару минут назад наливавший вино. — Дозволь узнать, что у тебя в сумке?

— Узнай, Афанасий Семенович, — улыбнулся Зверев и выхватил саблю. — Как только она станет твоей добычей, можешь делать с ней все, что пожелаешь.

Прочие мужчины тоже сверкнули клинками, но княгиня решительно бросилась вперед:

— Стойте! Не допущу крови у смертного одра племянника своего.

Похоже, только она и сообразила: стоит зазвенеть стали — и внутрь немедленно вломится вся свита князя Сакульского.

— Отойдите. Отойдите все к трону, — потребовал Зверев. — Если не хотите, чтобы я вышел отсюда с мечом в руке.

— Ступайте за стол, — приказала княгиня Старицкая.

Бояре послушались, и Андрей спрятал клинок.

— Рад был познакомиться, господа.

— Мы еще увидимся, — пообещал Афанасий Семенович.

— Ничуть не сомневаюсь, — подмигнул ему Зверев и вышел наружу.

Тут же ему в руку впились тонкие сильные пальцы.

— Как вас тут не хватало, князь!"

"— Барон Тюрго? Ты-то тут откуда, друг любезный?

— Где же я еще могу быть в сих обстоятельствах, князь?! — изумился шведский посланник. — Судьба королевства висит на волоске!

— Боже мой, Швеция-то тут при чем? — не понял Андрей. — Нет, не отвечай, барон. Давай сперва найдем более спокойный уголок.

Всем отрядом мужчины вернулись в тихую гостиную палату, и князь Сакульский повернулся к посланнику.

— Надеюсь, ты прольешь мне хоть какой-то свет на происходящее, барон. Я всего час в городе и не понимаю почти ничего.

— Великий государь Иоанн Васильевич при смерти, — начал загибать пальцы Ральф Тюрго. — Он слег уже почти неделю назад, внезапно, от горячки.

— Знаю я эту горячку, — недовольно буркнул Зверев. — Извини, барон, продолжай.

— Князь Старицкий вместе со своей матерью принялись склонять бояр, знатных и служилых людей супротив законного наследника.

Одним они дают золото, обещания и чужие земли, других осаждают угрозами, третьих одолевают лестью и обманом. Многие на то поддались и готовы Владимира Андреевича на царствие кричать. Государь же ваш в духовной на царевича Дмитрия указал и еще до смерти своей потребовал от дворян, чтобы тому на верность присягнули. Однако же князь Старицкий с сотоварищи прямо над ложем скорбным лай устроили, младенцу присягать отказались и о старшинстве споры учинили. Ан иные бояре клятву все же принесли.