Князь

Сильно наклонившись вперед, он преодолел вверх по склону еще две сотни шагов, и только отсюда наконец увидел, куда вела путников тропа: повернувшись под прямым углом к горе, у ее основания темнел проход внутрь каменного массива.

— Гномы тут обитают, что ли? — буркнул Зверев, поднимаясь на небольшую площадку и входя в полумрак. Как оказалось, дорога тут не закончилась, а пошла вверх еще круче, да еще с крутым разворотом ко вторым, внутренним воротам. Андрей чуть не зарычал: — Проще было ступени вырубить. Повозкам тут все равно не проехать.

Вместе с холопом они поднялись ко вторым воротам, вышли на узкую, как тропа, улочку, огороженную двухэтажными каменными домами с черепичными крышами.

Стены поражали размерами известняковых «кирпичей» — раз в пять больше обычного кирпича по всем измерениям. Через полста шагов улочка вывела к перекрестку с довольно широким проездом — тут уже и телеги могли разминуться. Проезд упирался в арку без ворот. Путники свернули туда.

— Что за место? — удивился Мефодий. — Ни стражи, ни пригляда, ни даже створок хоть каких не повесили!

— К мирной жизни привыкли, — ответил Зверев и тихо добавил: — Но мы их быстро перевоспитаем.

По эту сторону стены возвышались почти такие же каменные строения, как по другую, но стояли они более вольготно, на расстоянии и даже имели небольшие дворики, огороженные стенами все из того же крупного известняка. Князь, следуя наитию, повернул направо, прошел до третьего строения, постучал в узкую низкую дверь. Открыли почти сразу. Безбородый остроносый мужчина средних лет, в овечьей душегрейке и расшитой на груди рубахе, заправленной в широкие шаровары, настороженно стрельнул глазами в князя, в холопа:

— Православные? Перекрестись!

Андрей, пожав плечами, выполнил требование.

Мефодий скинул шапку и тоже сотворил знамение.

— Коли так, проходите, — посторонился хозяин.

— Не спросишь даже, зачем пришли? — удивился Зверев."

"— Чего тут спрошать? По виду ни сирые, ни убогие, ни калечные. Стало быть, не попрошайки. Прочим же христианам у нас интерес один: крышу себе на время снять, дабы друзей-родичей найти.

— Мне не крыша надобна, а горница достойная и светлая, — предупредил Зверев. — Баня, еда хорошая, постель мягкая.

Устал я, хозяин, за долгий путь, отдохнуть желаю спокойно и удобно.

Князь расстегнул тулуп, дабы владелец постоялого двора мог увидеть дорогое шитье ферязи.

— Это хорошо, боярин, что ты копейки не считаешь, — невозмутимо кивнул хозяин. — Бо комната лучшая моя пустует чаще, нежели прибыток приносит. Идем, покажу…

Он одернул душегрейку, взял в углу палку, откинул кошму на стене и двинулся вниз по ступеням.

— Подожди! — остановил его Зверев. — Ты куда?

— Там комнаты лучшие, боярин, — ткнул палкой вниз хозяин.