Князь

Невольница наполнила чашки густым и черным, как строительный битум, варевом. Почему-то на этот раз радости от аромата настоящего турецкого кофе Андрей не ощутил. Хотя всеми силами излучал самые добрые эмоции.

— Твоя крепость изумительна, досточтимый, — кивнул он наместнику. — Она проста, но неприступна, и находится в столь красивом месте. Много ли у тебя в Крыму столь могучих укреплений?

— У меня? — Турок рассмеялся, прихлебнул кофе. — У меня нет ни одного исара. А вот у всемилостивейшего султана их целых семнадцать. И все здесь, на южном берегу. Здешние владения Сулеймана Великолепного достаточно оборонять лишь с моря.

Северные степи непроходимы. Даже бандиты с Дона, неверные казаки, никогда не идут через степь, плывут на своих хлипких лодчонках водой.

— Но ведь для обороны крепостей нужно держать в Крыму целую армию!

— Исары неприступны, зимми, — отмахнулся Барас-Ахмет-паша. — Любой всегда найдет здесь безопасность от самого страшного и многочисленного ворога. Трех десятков воинов хватает вполне. Вот города и вправду приходится оборонять. В Кафе, Чембало, Алуште приходится держать по три-четыре сотни янычар.

К счастью, там всегда найдется тысяча-другая здешних татар…

Наместник с легкостью сыпал цифрами, датами, маршрутами. Он словно хвастался тем, как много знает, и перечислял состав гарнизонов, сроки их замены, возможности и время подхода подкреплений, количество запасов провизии и оружия на случай осады в разных городах и крепостях, называл дороги, которыми можно перебросить помощь в то или иное место. Андрей впитывал информацию как губка, моля небо о том, чтобы сохранить в памяти хотя бы половину услышанного.

Теперь он понимал, что полуостров подготовлен к обороне очень даже неплохо. Дисциплинированные и привычные к пешему бою янычары были основой обороны крепостей, безалаберные татары — мобильными силами, способными быстро усилить любой гарнизон или ударить в спину осаждающим, вести маневренную войну в степях, не подпуская врага к воде. Крымчаки, проживающие на южном берегу, подчинялись напрямую наместнику, позволяя ему планировать оборону в горах, степные же кочевья находились под рукой Девлет-Гирея. При необходимости обе эти силы готовы были прийти на помощь друг другу.

Однако, зная стратегию врага, ее всегда несложно поломать. Например, выманить южан в степь, а потом ударить с моря по городам…

Откровения османа смог прервать только его секретарь, вернувшийся со свитком:

— Я переписал весь полон в один список, досточтимый Барас-Ахмет-паша, — с поклоном подал он грамоту. — И скрепил ее твоей личной печатью. Осталось поставить только подпись.

Походная чернильница с пером находилась на поясе тощего турка.