Князь

Снаружи двое татар, один из которых был в кирасе, методично простукивали древками копий двор, еще полтора десятка сторожили коней.

Заскрипел потолок: кто-то из разбойников обыскивал чердак.

Внезапно послышались крики, лязг, звон. Все крымчаки повернули голову в сторону озера. Оставленные при лошадях бандиты бросили скакунов и побежали дальше по дороге. Зверев, используя удобный момент, как мог тише выбежал из дома, метнулся через двор, обходя крымчака в кирасе сзади, левой рукой захватил его голову, крепко зажимая ладонью рот, правой полоснул по горлу косарем, быстро и аккуратно опустил еще бьющееся в судорогах тело на землю, шагнул ко второму.

Тот успел обернуться, глаза округлились, он попытался опустить копье — но толку-то от него в полушаге от врага! Андрей быстро ударил его клинком под ухо, забрал пику из слабеющей руки, потрусил вокруг дома.

Грабитель, что был на чердаке, уже спускался по приставной лестнице. Этот был пожилой, опытный, взять щит не поленился и теперь, увидев русского ратника, мигом прикрылся им, схватился за саблю — но Андрей поднырнул под лестницу, и прежде чем татарин успел придумать, как спастись в такой ситуации, со всей силы саданул ему пикой снизу вверх под халат.

Оружие вошло туго и неглубоко, татарин вскрикнул. Зверев оставил копье в нем и побежал дальше вокруг дома.

Последние двое крымчаков шарили в амбаре и загоне для скота. Этих застать врасплох не удалось, они сами выскочили наружу, с уже обнаженными саблями.

— Дураки вы все, — засмеялся Андрей, наконец-то вытягивая и свою. — Кто же щит у седла оставляет? Теперь вы трупы.

Он набежал на них, словно на куст бурьяна: мелкие колючки — неприятно и не более.

Первый размахнулся саблей из-за головы — князь, не останавливая бега, принял удар на свой клинок, косарем с силой уколол татарина в живот, пробив толстый халат минимум на глубину ладони, скользнул влево, заслоняясь еще живым, но уже безопасным телом от второго клинка, зашел за спину, напирая на второго. Тот ситуацию понял: без хорошего замаха кольца байданы саблей не пробить, халат же спасает лишь от скользящих ударов, прочного ножа не остановит. Крымчак нервно попятился, зацепился ногой за перевернутые ясли, опрокинулся на спину — и князь тут же рубанул саблей поперек вскинутых ног, рассекая обе ступни, свернул к дороге. Безногий татарин опасности не представлял, а потому стал ему неинтересен.

С дороги стало видно, что именно привлекло внимание разбойников: вокруг дальнего дома шла отчаянная возня. Татары обкладывали избу сеном, засевшие внутри бояре пытались помешать, тыкая из окна копьями. Видимо, там случилась горячая схватка, были погибшие, и теперь разбойники, не желая больше рисковать, собирались сжечь ратников вместе с домом.