Князь

Его и поднесла Юрию Семеновичу румяная голубоглазая девка с длинной русой косой, выглядывающей из-под платка. Князь девушку расцеловал в обе щеки, хлеб принял, отдал Пахому, после чего подманил низкого мужичка с пышными усами, в коричневой рубахе и полосатых штанах, заправленных в сапоги.

— Это и есть староста здешний, Фрол, Никитин сын. Ну, как дела в княжестве, Фрол?

— Ныне благодатно, батюшка, — быстро поклонился староста. — Заморозков не случалося, засухи тоже нет. С хлебом ныне будем, с хлебом. Я для вас крайнюю избу вычистить велел, батюшка. Там отдохнуть можете.

— Подожди… — Князь развернул плечи и громко объявил: — Слушайте, селяне! Госпожа ваша, княгиня Полина, замуж вышла за боярина Андрея, ныне князя Сакульского. Отныне он ваш господин, и токмо его вам слушаться надлежит, ему подчиняться беспрекословно. Все вам понятно?

— Свят, свят, свят, — закрестился кто-то в толпе.

— Я для вас крайнюю избу вычистить велел, батюшка, — поклонился уже Звереву староста. — Там отдохнуть можете.

— Располагайтесь, дети, — предложил Юрий Семенович. — А я ныне на ушкуе поживу.

— Ну хорошо, — кивнул старосте Андрей.

 — Показывай."

"Для княжеской четы смерды отвели пятистенок — небогатый, но чистенький. Печь, несколько лавок, стол, топчан с периной.

— Как вечерять время придет, стол накроем, княже, — пообещал староста. — Ныне не готовы еще. Не ведали, что появитесь.

— Ничего, мы пока не голодны, — прошелся по дому Зверев. — Скажи, а у вас тут дороги есть или только по воде сюда добраться можно?

— Как же нет, господин, — замотал головой староста, — имеется у нас дорога. Все четыре наши деревни соединяет.

Вдоль озера идет.

— Что?! — круто развернулся Андрей.

— Вдоль озера, сказываю, идет, — забеспокоился староста. — Будьте покойны, справные дороги, доглядываю.

— Коня мне оседлай! Есть лошади в деревне?

— А как же! Сей миг сделаю… — Фрол выскочил.

— Ты куда, Андрей? — удивилась Полина. — Приехали ведь только.

— Ничего, я быстро… — Он наклонился к жене, поцеловал ее в носик, затем вышел вслед за старостой.

На дворе староста подвел ему белого, с двумя пятнами на боках, коня. Андрей запрыгнул в седло, тут же дал шпоры, помчался по идущей к озеру и вдоль него дороге.

Через полчаса скачки он миновал первую деревню, еще через час — вторую. Выскакал на взгорок, увидел впереди третью, натянул поводья и раздраженно сплюнул.

Все-таки князь Друцкий его обманул. Обманул, старая лиса! Четыре деревни — в трех всего по три-четыре избы. Что проку от княжества размером в половину европейской страны, коли в нем населения от силы сотни две наберется? То-то Друцкие так торопились этот хомут перевесить на шею кому-нибудь другому.