Князь

— Хозяин здесь? — поинтересовался Василий Ярославович у стоящего за прилавком удальца в красной атласной рубахе, расстегнутой на груди.

— Здесь, боярин, — кивнул тот. — Покликать?

— Зови.

— Отец! — сунул голову в дверь магазина парень. — Отец, подь сюда! Тебя заезжие бояре ищут.

Зажиточный купец оказался, естественно, мужчиной дородным, чернобородым, в бобровой шапке и собольей ферязи, из-под которой проглядывала суконная поддева. Он приложил руку к груди, степенно поклонился:

— Доброго вам здоровья, бояре. Чем могу вам душевно угодить?

— И тебе долгих лет, торговый человек.

Вот, держи… — И Андрей положил ему в руку кошель с талерами.

— Что это?

— Серебро.

— А за какой товар?

— Ушкуй нам нужен, Потап. У тебя, слышали, есть. Берем.

— Вы его видели?

— Нет, — мотнул головой Зверев. — Но у такого справного купца и судно должно быть справным. А нам иного и не нужно.

— И сколько здесь?

— Мы же не видели ушкуя, — напомнил Андрей. — Вот и ты в кошель не заглядывай. Тебе серебро, мне ушкуй. Идет?

Купец задумчиво взвесил кошель в руке, подумал, снова взвесил — и решился:

— По рукам, боярин! Лихому молодцу ушкуй и уступить не жалко.

Бери!

* * *"

"Лед шел по Волхову целую неделю. Стронулся с места на третий день после покупки ушкуя, а освободил реку только к десятому. Все это время Лучемир, щурясь, нюхая и тыкаясь во все носом, облазил корабль от макушки опущенной мачты до самого нижнего трюма и потребовал сменить почти половину оснастки: подгнившие или стершиеся, по его словам, канаты и веревки, ветхие паруса, кормовое весло и бочки для воды.

Кроме того, потребовались припасы, гамаки, посуда и куча всякой другой мелочи, на которую ушло в общей сложности почти семь талеров. Еще на три талера его разорила Полина, пожелав для их уютной каюты ковры на пол и на стены, перину (с кровати, решила она, в шторм можно упасть), специальные подвесные светильники, не боящиеся качки. Во всяком случае, так утверждал купец, продавший ей еще и индийский талисман, хранящий от гибели в пучине, от любых болезней и немилости мужа. Отдельной строкой прошли полталера на покупку специальных кожаных бортов, что натягивались от носовой надстройки до кормовой и защищали палубу от волн и брызг. Андрей сказал купцу Кушкарёву, что таковые должны прилагаться к ушкую как его часть, — и тот неожиданно согласился купить новые в складчину. Наверное, хорошо отыгрался при покупке у него же ковров.

В пятый день после Благовещенья ушкуй благополучно скатился в воду на смазанных салом салазках.