Князь

В море, в открытое море! Мы сгинем там все во льдах и пустоте! Я пытаюсь ему указать, но он не слушает, да еще холопы ваши мешают. Тут кто капитан, кто князь? Кто ведет судно?

— Успокойся, Мэтью… — Андрей откинул одеяло, натянул на себя поверх повязки чистую рубаху, опоясался. — Пойдем, глянем.

— Вот, вот, — забегая вперед, тыкал пальцем в карту англичанин. — Мы должны были выгрузиться в Норвегии. Ибо дальше есть земля — но она мертвая, ледяная. Ни городов, ни портов. А потом и вовсе одно море!

Князь Сакульский, кивая, глянул на компас. Тот показывал, что север находится где-то за спиной.

Значит, каракка идет на юг. Кольский полуостров, получается, остался позади, и они уже пересекают Белое море.

— Два дня еще потерпи, Мэтью, — высказал свое решение Андрей. — А там посмотрим.

Но двух дней ждать не пришлось, уже через пару часов на носу закричали:

— Земля!

И вскоре парусник миновал узость меж поросшими лесом островами.

На Мэтью Ро было страшно смотреть. У него отвалилась челюсть, округлились глаза, он смотрел в лоцию, по сторонам и бормотал то и дело: «Land!» Еще больший шок он испытал, когда новым днем каракка, скользнув между низкими островами, промчалась под всеми парусами в широкое устье Северной Двины и легко прошла под бревенчатыми стенами Михайлов-Архангельского монастыря.

[111]"

"— Вы видите, князь? — забывшись, схватил Зверева за рукав англичанин. — Это город! Это земля! Мы открыли землю! Новую землю!

— Очнись, Мэтью, — покачал головой Андрей. — Здесь люди живут. И уже не первый век. Это Россия, Русь. Мы приехали домой. И в порту ты получишь свои законные семьдесят талеров. Следите за парусами, капитан.

Боюсь, Лучемир в них запутается. Слишком много, и все разные.

— Русь? Московия? Мимо Норвегии? — Голова англичанина усиленно работала, но усвоить этой истины никак не могла. — Русь? За краем земли?

Подойти к холмогорским причалам каракка не смогла — стала цеплять брюхом дно еще на русле, — и Лучемир приказал отдать якоря. Парусник вытянулся носом против течения, и на берегу начала стремительно собираться толпа: такой громадины здесь еще не видали.

Князья Друцкий и Сакульский приплыли на берег в первой лодке и сразу разошлись.

Андрей двинулся по постоялым дворам: скотину покупать, к иной провизии прицениваться. Прокормить две с половиной тысячи человек — это не шутка. Тут целая отара и два погреба припасов за раз требуются. Кто столько еды без предупреждения запасать станет? Дядюшка же остался на берегу: искал лодочников, чтобы людей с парусника на берег перевезти, а заодно разведывал, нет ли ладей, что согласятся живой груз на Ладожское озеро доставить. Морскому паруснику на русских реках делать было нечего.