Князь

Перекусив, он, не привлекая ничьего внимания, тихо ушел из трапезной к себе, а посему утром поднялся бодрым и веселым, без головной боли и тошноты. Как говорят в народе: трезвость — лучшее средство от похмелья. Жаль только, рецептом этим чертовски трудно пользоваться.

Натянув порты, князь сбежал во двор, кликнул холопов. Белобрысый Изольд и широкоплечий Илья в два ведра окатили его колодезной водой, Пахом поднес полотенце:

— Голова-то вся мокрая, княже.

— Нечто я гусак, сухим из воды выходить? — рассмеялся Зверев. — Через полчаса подходите, дядька, начнем нашим балетом заниматься.

Как дьяк, уехал?

— А как же, Андрей Васильевич, еще с час назад с холопами в приказ отправился. Рази токмо в ферязь заместо шубы облачился. Жарко, обмолвился.

— Так лето же на дворе, — прищурился на солнце князь. — А боярин Кошкин молодец, крепкий мужик. Как он после таких пиров вообще поднимается — ума не приложу! Да еще и на службу едет.

— Тебе помочь, княже?

— Сам…

Князь вернулся к себе в светелку, влез в полотняную рубаху, сверху застегнул поддоспешник, надел байдану, поверх нее — в очередной раз отремонтированный Пахомом куяк, опоясался саблей, опустил в рукав свой любимый кистень, подобрал прислоненный в углу щит.

Трехпудовая тяжесть брони и оружия навалилась на плечи, прижимая воина к земле — но Андрей не поддался искушению скинуть лишнее железо, потренироваться налегке. Коли к доспеху не привыкнешь — в сече он тебя не спасет, а погубит. Высосет все силы до капельки — с первым же врагом управиться не успеешь. Зверев повел плечами, давая железу улечься на теле, несколько раз подпрыгнул и решительно вышел из комнаты.

Холопы на дворе были со щитами, но без доспеха, в одних рубахах. И это правильно: молодых парней он меньше года назад под свою руку взял, им еще учиться и учиться. Пусть пока налегке насобачатся клинком и бердышом работать, кольчугу на них потом повесить можно. Опять же, так они двигались намного быстрее — а тренироваться Зверев предпочитал с противником более быстрым и ловким, нежели тяжелый от панциря татарин или закованный в неуклюжие латы крестоносец. Готовься к худшему — тогда все прочие варианты будут казаться везением.

— Ты их в строю учил сражаться, Пахом? Вот и хорошо. Давайте все берите рогатины и плотным строем на меня наступайте. Посмотрим, кто кого…

С полчаса Зверев пробивался через напирающих плечом к плечу копейщиков. Понятное дело — без особого успеха, хотя раза три он между наконечниками все же прорвался и холопов разметал. Потом настал черед схватиться на саблях — тут он неизменно опрокидывал парней, когда бой шел два к одному, и более-менее отбивался от троих согласованно действовавших противников.