Князь

"

"Княжеская полусотня медленно втягивалась на тропу, пусть и не избалованную вниманием, но достаточно широкую, чтобы по ней проехала запряженная парой лошадей телега. Андрей пригнулся, чтобы не врезаться головой в дубовый сук — да так и не разогнулся почти полторы версты. Растущие поперек дороги ветки постоянно шуршали по спине, цеплялись за стягивающий волосы ремешок, дергали за шиворот. Однако через четверть часа все неожиданно изменилось. Тропа как раз перевалила холм, свернула к ручью — и за ним открылась уже просторная луговина. Что интересно — изрядно пощипанная, с травой ниже колена и валяющимися тут и там конскими и овечьими катышками.

— Смотри, Иван Григорьевич! Похоже, с полмесяца назад здесь кого-то пасли. Дикое зверье так чисто поляны не выстригает. Это отара. И держали ее здесь, пока все не сожрала.

— Нам-то что, Андрей Васильевич?

— Так ведь люди, боярин. Расспросить можно, узнать что-нибудь интересное.

— Да я тебе и так все интересное расскажу. На Казань дорога, что позади осталась, ведет. А впереди путей проезжих нет.

— Зато Волга там где-то. За мной! — Зверев перешел на рысь.

Он угадал — уже через три версты тропинка, что вольготно бежала через широкие луга, лишь изредка разделяемые дубовыми и березовыми рощицами, привела путников к поселку черемисов. Четыре землянки примерно три на четыре метра, у которых наружу выпирала только двускатная крыша да короткая глиняная труба; одинокая юрта и каменный очаг перед ней, ныне холодный и пустой. Людей — никого, если не считать улепетывающих со всех ног к лесу двух босоногих мальчишек в полотняных рубахах.

Наверное, если б хорошенько пошарили, то в землянках нашли бы пару «языков», что затаили дыхание, вжавшись где-нибудь под постелью или среди сваленных кучей невыделанных кож, — но разорять деревни, привлекать к себе внимание в планы князя не входило.

Посему он пролетел селение, не снижая хода, и продолжил путь все по той же тропе, теперь уже желтой и хорошо натоптанной.

Не прошло и часа, как впереди обнаружилась еще одна деревня — такая же тихая и безлюдная, как предыдущая. Правда, эта выглядела куда солиднее: обнесенные добротными заборами дворы, просторные избы — правда, почему-то без окон;[156] столбы ворот возле каждого жилища заплетены веревками, образующими причудливый узор.

— Прямо макраме какое-то, — пробормотал Зверев, придерживая коня и двигаясь по улице широким походным шагом. — А изрядный городок, Иван Григорьевич! Домов тридцать будет. Если в людях считать, то сотни две народа тут должны обитать. Где же они все? Ого, ты глянь!

Череда «слепых» домов оборвалась, и путники увидели рубленую православную церковь с низкой луковкой, украшенной крестом. Все дружно скинули шапки и перекрестились.