Кочевая кровь

Я отщелкнул обойму, посчитал патроны. Двух штук не хватало.

– Как раскрутка? – спросил я.

– Я подловил его! – торжественно воскликнул Далайханов.

Дверь в наш кабинет с грохотом распахнулась. Влетел возбужденный до предела Васильев.

– Где ствол?! – закричал он.

– На месте! – гордо ответил я.

– Мать его! – Васильев тяжело опустился на стул, взялся рукой за сердце. – Я думал, до завтрашнего утра не доживу. Теперь все, мужики, теперь – полный порядок!"

"На лестничной клетке и в коридоре раздался топот ног. К нам, посмотреть на пистолет, прибежали Малышев, замполит, Лиходеевский и еще кто-то.

Всем хотелось лично потрогать ствол, но начальник милиции забрал его себе и пошел докладывать Комарову, что никакой утраты оружия не было: дежурный по райотделу при приеме оружейной комнаты обсчитался на один пистолет и теперь будет наказан за невнимательность.

Все-таки это принципиально разные вещи: когда пистолет не покидал райотдела и когда он болтался двое суток черт знает где! Если две пули из пистолета Меркушина получил барон, то ствол можно считать чистым – больше из него никого не ранили и не убили.

Как только толпа схлынула, я продолжил расспрашивать Айдара:

– На поляне были?

– Все как договаривались, – ответил сияющий коллега.

 – Мы уже откопали пистолет, идем назад. Я спрашиваю: «Брат, поди, силу не рассчитал, когда мента по голове ударил?» Пацан на автомате отвечает: «За Айгюль на него злой был». Потом заткнулся, и все, как язык проглотил.

– Иван, Родион, Айдар! До восьми вечера все свободны. Водку не пить, победу не праздновать. Половину дела мы сделали, осталось самое трудное – помериться силами с Айгюль.

Глава 25. Айгюль

На переносице у Айгюль были едва заметные веснушки – признак элитарности у маагутов.

У европейцев таким аналогом считаются платиновые блондинки скандинавской внешности, но у нас нет единого подхода к критериям оценки женской красоты, а у маагутов есть. По меркам всех племен люли Айгюль была красива только из-за наличия веснушек.

Айгюль было пятнадцать лет. В этом году ее должны были выдать замуж, но убийство барона и арест всех членов семьи ставили крест на свадьбе весной. Если ничего не изменится, то осенью она отпочкуется от родного племени и перейдет жить в семью мужа.

Айгюль была симпатичной девушкой с приятными чертами лица, темноглазая, худенькая. Одета она была в синюю блузку, длинную цветастую юбку, на голове – кокетливо повязанный платочек.

«Если ее отмыть, привести волосы в порядок, одеть как современную городскую девушку, то получится вполне заурядная девчушка. Симпатичная, но не более того».

Мы посадили Айгюль спиной к окну, так, чтобы она могла видеть нас всех четверых. Допрос начал я. С первой же минуты мне стало понятно, что он ни к чему не приведет.