Кочевая кровь

– Расскажи, какие отношения у тебя были с нашим сотрудником Леонидом Меркушиным?

– Я никогда не знала такого человека. У меня нет ни одного знакомого милиционера.

– Айгюль, посмотри на его фотографию. Разве ты видишь его в первый раз?

– Я видела его из окна поезда, больше мы не встречались.

– Ровно неделю назад ты гуляла с Меркушиным по поляне около недостроенного здания. Навстречу вам попался Янис – белокурый мужчина из Прибалтики, он ехал с вами в одном вагоне. Янис что-то рассказывал вам. Что он говорил?

– Я не гуляла по поляне и не видела Яниса.

– Ты передала ему для Меркушина тряпичную куколку.

Ты сама эту куколку сделала?

– Я никому никаких кукол не передавала. Дайте закурить, у меня во рту пересохло.

– Я не обязан угощать тебя сигаретами.

Айгюль жалостно посмотрела на спортсмена.

– Мужики, что вам, жалко? Дайте девчонке сигарету, я вам потом целую пачку куплю.

– Я не ела весь день, – захныкала Айгюль. – У меня в боку колет от голода. Дайте кусок хлеба!

– Здесь не столовая. Тебя в тюрьме покормят, – жестко отрезал я.

– А до тюрьмы меня что, голодом надо морить? Водички хоть попить дайте.

– Давайте я сгоняю в магазин, куплю ей покушать, – предложил спортсмен.

– Какой магазин? – возразил Айдар. – На часы посмотри! Девять вечера, все магазины уже закрыты.

– У меня знакомые рядом живут. Я могу сходить к ним, попросить пару бутербродов.

– Сходи, – разрешил я.

Айгюль повеселела. Она села поудобнее, закинула ногу на ногу, сдвинула платочек с головы на шею.

– Айдар, Иван, работайте, а я пойду позвоню.

Я спустился на второй этаж и стал дожидаться спортсмена. Как только он вприпрыжку поскакал по лестнице, я остановил его.

– Стоп! Пошли в сторонку, поговорим.

Он нехотя подчинился.

На втором этаже в райотделе уже никого не было, все сотрудники разошлись по домам. Мы могли бы разговаривать у лестничной клетки, но я решил перестраховаться и отвел спортсмена в конец коридора.

– Что ты чувствовал, когда девчонка смотрела на тебя? – требовательно спросил я.

– Ничего не чувствовал, – с нарастающим раздражением ответил он. – Я вот что хочу сказать, когда вы с парнями-маагутами себя так ведете, это можно понять, но над девушкой-то зачем издеваться? По ней же видно, что она со вчерашнего дня ничего не ела.

Она сидит перед вами, беззащитная, хрупкая, а вы со всех сторон наседаете на нее, как стая волков.

– Родион, – повысил я голос, – если ты сейчас же не ответишь, что ты почувствовал, когда Айгюль улыбалась тебе, я прикажу закрыть тебя в клетку.

– Она, она… – растерянно пробормотал спортсмен.

– Она уже одному моему сотруднику поулыбалась, теперь он с пробитой головой в больнице лежит. У этой девчонки бабка колдунья, сама она обладает повышенной биоэнергетикой.