\

Семену измерили нормально температуру. Посмотрели горло. Послушали бронхи и легкие. Ничего страшного там не было. Врач прописала лекарства, сказала, что завтра уже пацан будет на ногах, или даже сегодня. Андрюхино очередное предложение «может, зелёнкой всё-таки» в очередной раз отвергли.

В общем, когда пришли домой мы с мажором, все уже были почти здоровы и почти друзья. Дед звал врачиху остаться на чай, но та сказала, что ей ещё надо посетить несколько пациентов. Матвей Егорыч, конечно, предложил послать их к черту. Сказал, не помрут за час, а ежели и помрут, то судьба такая.

Но Ирина Ивановна вежливо отказалась, сославшись на то, что иногда счёт идёт на минуты, и ей надо спешить.

Я, если честно, по ее лицу понял, она просто из вежливости так сказала. Даже если и не надо никуда спешить, то по её суетливым движениям было видно, она старается, как можно быстрее, покинуть нашу компанию. На всякий случай.

Когда врача проводили, дверь закрыли и все успокоились, Матвей Егорыч поманил нас пальцем в кухню.

— Ну… Теперь давайте с вами разбираться. — Дед сурово свел брови.

— Твою мать… началось…–Вздохнул мажор.

 — Не надо с нами разбираться. Не надо нас лечить. И вообще, не надо нас трогать. У нас важное задание предстоит.

— Вот про задание сейчас и поговорим… — Многозначительно заявил Матвей Егорыч.

Глава 5. Жорик.

Отбиться от Матвея Егорыча оказалось вообще непросто. Вцепился намертво. Что за задание? Откуда задание? Кем дадено?

Я сначала отвечал вежливо. Можно сказать, культурно. Тем более, Соколов самоудалился из нашей беседы. Скромненько пристроился в углу кухни на стул, оставив деда Мотю мне. Мол, раз гость мой, то самому и разбираться.

Хитрожопый товарищ, однако. Тем более такого напора я не ожидал и начал заводиться.

Потому что, в конце концов, как бы я не уважал Матвея Егорыча, как бы не относился снисходительно ко всем его заскокам, но он мне точно не родной отец и даже не родной дед. Я не знаю, что с ним произошло за эти два года, или совсем недавно, если верить Андрюхиным словам, но он прям борщит. Причем, нехило так.

— Матвей Егорыч, я, блин, взрослый человек. С хрена Вы требуете отчёта?! Извиняюсь, конечно, за грубость.

Это бред какой-то. Вам не кажется?

— Жорик, какой ты взрослый человек! Тебя же без присмотра нельзя оставлять совсем. Вон, всего лишь пару лет не виделись, и у тебя тут уже какая-то ерунда происходит. — Дед Мотя тоже завёлся.

Умрешь, конечно. Главное, я то к нему не лезу. Только хожу, из разных историй вытаскиваю. Хуже дитя. И он, и Андрюха следом за ним. Как говорится, дурной пример заразителен. Нет, ну, приехали в гости. Ок. Однако, куда ж такие волнения. Теперь еще и отчёта с меня требует.