\

Я так понимаю, встретились они уже в части. Лица у них были, мягко говоря, недовольные. Явно ни одна, ни вторая не ожидали, что припрутся обе. Каждая верила, будто идея приехать на присягу, придет в голову только ей.

— Этого не хватало… — Буркнул я себе под нос, прекрасно понимая, разговоров по душам с матерью теперь не будет. Две влюбленные в Соколова особы хрен дадут. Судя по тому, как решительно они настроены, а я даже на расстоянии видел, там полная готовность к штурму крепости и желание убить врага прежде, чем этот враг добрется до вожделенной цели, наедине с родительницей время провести вряд ли получится.

В роли цели выступали, естественно, мы с Соколовым.

Началась сама Присяга. Солдаты громко, четко произносили важные слова.

""Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, вступая в ряды Вооруженных сил, принимаю присягу и торжественно клянусь быть честным, храбрым, дисциплинированным, бдительным воином, строго хранить военную и государственную тайну, беспрекословно выполнять все воинские уставы и приказы командиров и начальников…. ""

Не знаю, что это было. Возможно, сказалось общее настроение.

Но меня пробрало от того, насколько круто звучал тест Присяги. Он разносился над рядами солдат, пробирая до мурашек, до самого нутра. Я даже на какое-то мгновение поверил в то, что на самом деле являюсь тем самым гражданином Советского Союза, который вступает в ряды красной армии и клянется ценой своей жизни государство оберегать и защищать.

Даже пришлось надавать мысленно себе по башке. Очнись, мол, Стасик, тебе надо думать, как выбраться. Как вернуться домой. Что за дурь в голове. Чокнулся совсем в армии. Заразился, что ли, от всех этих сержантов, замполитов и Кирзачевых глупостью?

К счастью, процесс принятия Присяги закончился и нас ждала торжественная часть.

"

"Проверяющий, кстати, приехал, как и было обещано. В количестве одного лица. Был он в звании майора и выражение физиономии имел такое, будто на его плечах, в принципе, держится вся армия Союза. Стоял рядом с замполитом, который только что хвостом землю не мел от усердия и желания выслужиться. Слушал внимательно, как мы повторяли слова Присяги, изредка кивая головой.

Вроде бы, по виду, доволен. А как не быть довольным, если мы херачили военную часть почти сутки.

Каждый уголок, каждый кустик, каждый сантиметр. Блестело даже то, что априори блестеть не может.

Праздничная часть должна была пройти в актовом зале, который находился там же, где учебные комнаты. Небольшое помещение со сценой и рядами крайне неудобных, деревянных кресел.

— Соколов! Соколов, иди сюда. — Меня зазывал сержант Сидоров, активно размахивая руками.

Мы, участники этого мероприятия, собрались в маленькой комнатке, которую со сценой соединяла старая обшарпанная дверь.