Кровник (пенталогия)

Правда, козлобородый дядя дождевика мимоходом выдвинул предположение о том, что меня могут сразу же и без разговоров пристрелить ахсалтаковские ребята, но я уже рассматривал такой вариант и счел, что он маловероятен. Внешне я никоим образом не представлял опасности для «духов» — грязный, жалкий, без оружия. Все свои прибамбасы я оставил пацанам, которые, разделившись на две группы, залегли на подступах к селу и в настоящий момент вели наблюдение за моими перемещениями, ожидая установленного сигнала.

Ага! Вот оно… Свернув за «дождевиком» в неширокий проулок, я искренне пожелал всем, кто находился в усадьбе Ахсалтакова и в непосредственной близости от нее, чтобы мои пацаны ровно через десять минут получили этот самый сигнал.

В селе четыре широкие параллельные улицы — своеобразные авеню. Две такие авеню контролирует одна группа, две — другая. В соответствии с предварительной договоренностью, как только я сверну в одну из не основных улочек или зайду во двор какой-либо усадьбы, в общем, исчезну из поля зрения моих солдат, они начнут отсчет. Если установленный сигнал будет дан вовремя, мои ребятишки, никого не задевая, рысью помчатся к месту его поступления.

При отсутствии сигнала бойцы ворвутся в первый же попавшийся двор неподалеку от места моего исчезновения из зоны визуального контроля, и с ходу допросят, кто попадется, о месторасположении усадьбы Ахсалтаковых. Взяв штурмом эту усадьбу, они завершат дело, ради которого я ковыляю сейчас за горделиво ступающим «дождевиком», в надежде, что первый вариант все же удастся."

"Вскоре мы приблизились к высокому бетонному забору, посреди которого громоздко топорщилась железная дверь — ворота с выпуклым здоровенным барельефом лежащего волка.

Ишь ты!

Откуда-то из глубины двора доносилось монотонное звучание работающей дизель-электростанции. Хорошо живут Ахсалтаковы, дизель — это роскошь по военному времени…

«Дождевик» осторожно постучал по железяке — во дворе лениво залаяли две собаки, потащились к воротам, гремя цепями. Спустя некоторое время дверь широко распахнулась — в проеме стоял высокий чеченец с автоматом, облаченный в душегрейку и спортивные штаны, и без опаски, этак по-хозяйски, смотрел на нас.

— Ва! Это что за чучело? — по-чеченски поинтересовался высокий, осмотрев мою скромную персону.

 — Ты где его откопал?

— В плен хочет, — с достоинством ответил «дождевик». — Говорит, ушел с заставы сорок седьмого полка — дембеля замучили.

— Ты кто такой? — обратился ко мне высокий по-русски. — Ты пехота?

— Артиллерист, — жалостно ответил я. — Я есть хочу…

— Ха! Есть он хочет, — развеселился высокий и опять спросил «дождевика»:

— Ты где его взял?

— Он по улице шел, — объяснил «дождевик». — Я в окно смотрел.