Кровник (пенталогия)

Пока нашу машину шмонали пацаны из сводного полка милиции, в зоне ответственности которого располагался дурдом, я нервно прохаживался по обочине шоссе и безотрывно глядел на ворота психбольницы, находящиеся на удалении четырехсот метров от КПП заставы.

В этот раз процедура кропотливого досмотра меня здорово разнервировала: страшно хотелось броситься к старшему досмотровой группы и заорать: «Да свой я, пацаны!!! Там моя жена, ну что же вы!»

Поскрипев зубами, я с большим трудом сдержался и бросаться в объятия хмурых сосредоточенных бойцов не стал: во-первых, мою несдержанность могут превратно истолковать ребятишки из группы прикрытия, которые в процессе досмотра держат пассажиров на мушке, — на всякий случай; во-вторых, без представителей правоохранительных органов и местной администрации наши все равно не имеют право производить проверку лечебного учреждения. Это идиотское правило, но оно жестко выполняется, поскольку тот, кто попытается куда-либо вторгнуться в частном порядке, рискует заполучить обвинение в мародерстве — такие прецеденты уже имели место. Вот потому-то и гуляют «духи» как им заблагорассудится на подконтрольной федералам территории, шмыгая меж заставами. И так по всей группировке: стоит себе застава, обеспечивает проводку колонн по военно-полевой дороге и контроль на трассе, а рядышком, совсем неподалеку, — село или учреждение, в которые «духи» могут средь бела дня заявиться по любой другой дороге, которая никем не контролируется. Есть мнение, что такой бардак кому-то на руку, и потому никто не меняет положение дел, несмотря на то, что от этой неразберихи гибнут люди, а некоторые села — ну, например, такие, как Хамашки, приходится по несколько раз брать с большими потугами. Собрались с силами, выбили «духов», отошли и сели в двух километрах на заставе — контролируем. А «духи» перекурили и тем же вечером опять пришли в село — в нем-то никого нет! Каждый штурм населенного пункта — это куча трупов и калек как с той так и с другой стороны. Короче, беспредел…

Так вот, быстренько проанализировав ситуацию, я подавил эмоции и решил не форсировать события. Конечно, можно было бы заявить начальнику заставы, что я — такой-то, и потребовать произвести осмотр дурдома. Очень скоро из Центра подтвердили бы информацию по поводу моей персоны, и сюда прикатили бы представители Хакановской администрации, а из Грозного прислали бы парочку местных ментов. И всем гуртом поперлись бы осматривать психушку. Это решило бы все проблемы, при условии, что моя жена находится там… А если ее там нет?! Такой вариант тоже нельзя исключать, мало ли что? Так вот — если ее там нет, тогда мой чеченский вояж можно считать успешно завершившимся.