Кровник (пенталогия)

Но мы так вот запросто ликвидироваться не стали, потому как опытные чрезвычайно и повышенную тягу к жизни имеем."

"Я, как видишь, жив-здоров. А если взять меня за пример, вполне логично предположить, что кое-кто из моей команды тоже остался в живых. И обитает где-нибудь в ваших краях… Ну вот, вся тайна. Конкретизировать не буду, и так много сказал.

— Слыхали мы про вас, нах, — с уважением посмотрел на меня атаман и уточнил:

— Ну, когда вы еще вовсю шуровали в ЗОНЕ, нах. Каких только небылиц про вас не плели! Если только это действительно вы были… Так ведь год прошел.

Не поздновато хватился, нах?

— Так ведь вот он, я, — в тон ответил я, бия себя ладонью в грудь. — Жив-здоров. Почему бы и не поискать?

— А когда мы тебя у чекистов отбили, они, нах, выходит, тебя той самой семейке продать намылились? — вдруг не совсем кстати вспомнил атаман. — Ну, которую вас в расход вывести наняли?

— Вы удивительно догадливы, коллега, — сонным голосом подтвердил я. — Но это уже другая история. Об этом откровенничать мы не договаривались. Бензин дашь?

— Ну, нах, дела… — покрутил головой атаман.

 — Тебя прям вот так бери, нах, да книгу пиши. Человек-загадка, нах… А как чекисты на тебя вышли?

— А как насчет бензина? — напомнил я. — Эти чекисты еще те жулики, с ними разбор еще впереди. Ты мне так и не ответил по поводу бензина.

— А я думал, приживешься ты у нас, — неожиданно накуксился атаман. — Принял тебя, как брата родного, нах. Самую лучшую бабу в станице тебе выделил! А ты?

— А что я? — удивился я. — Я что, куда-то собираюсь? Я все, записной реестровый казак войска Терского, Антон Иванов собственной персоной, из Литовской ни ногой…

— А на хера тебе тогда твоя команда? — напористо поинтересовался атаман.

 — Чем тебе у нас не живется? Службу никакую с тебя не требуют, нах, лежи себе, как сыр в масле, нах! На хера, нах, на жопу приключения искать?!

— А, вон оно что! Ну-ну… — я быстренько нырнул в неглубокий кладезь своей педагогической практики, отыскивая аллегорию попривлекательнее да подоходчивее. — А ты, атаман, до девяносто третьего года кем был?

— Я-то? — удивился неожиданному повороту мой хитроумный собеседник. — Ну, бригадиром. Бригадиром каменщиков.

Почитай, каждый второй дом в Литовской вот этими самыми руками выложен. — Тут он горделиво протянул мне свои могучие грабли, способные с одинаковым успехом тесать камень и держать тяжелый пулемет. — Да не только в Литовской, я по всему району… А тебе что до моей профессии, нах? Мы сейчас речь о тебе ведем, нах! Ты давай не перескакивай, нах, прямо иди!

— А вот ты представь себе, что тебя в соседнем районе подрядили с бригадой авралом на майские праздники дом сложить, — коварно предложил я.