Кровник (пенталогия)

Минут десять ходил от окна к окну, подсматривая через тюль на улицу, никакого движения не наблюдалось, машина с «наружкой» продолжала беззаботно торчать на солидном удалении, изображая полнейшую безучастность в моей судьбе.

Пробравшись на кухню, я произвел ревизию холодильника и соорудил себе завтрак поплотнее: здоровенную яичницу с ветчиной и зеленым горошком, полбулки «Бородинского» хлеба и чай. Неторопливо позавтракал: пустой желудок негодующе урчал, протестуя против столь грубого вторжения после восемнадцатичасового голодания.

Настроение мое дрянное, вполне возможно, усугублялось ввиду вот этого самого голодания и произведенной в девять утра очистительной процедуры.

Это полковник так изгалялся: он запретил мне ужинать и утром заставил поставить двухлитровую клизму. Какое же может быть настроение после такого издевательства?

Употребив завтрак, я минут двадцать сидел в кресле у окна, листал подшивку «Космополитен», потягивал обнаруженный в серванте коньяк и прислушивался к своим ощущениям. Убедившись, что грубая пища усваивается нормально и эксцессов на почве пищеварительного конфликта можно не опасаться, я извлек из нагрудного кармана куртки запаянный в целлофан увесистый цилиндрик, по форме напоминающий пробку от бутылки с хорошим вином.

Естественно, к виноделию сия вещица никакого отношения не имела: это был мощный радиомаяк, передающий устойчивый сигнал определенной частоты на расстояние до шести тысяч метров.

Особая прелесть данного изделия заключалась в том, что он не подлежал детекции обычными средствами радиоприема. Только та частота, которую пользователь накануне выставил на своем приемнике, одна из нескольких тысяч в поддиапазоне.

Попробуй подбери.

Полюбовавшись на цилиндрик, я в три приема с натугой проглотил его, запив стаканом крепчайшего чая без сахара. Цилиндрик шарахнулся по стенкам желудка и, удобно устроившись где-то в эпицентре вовсю идущего процесса пищеварения, перестал о себе напоминать.

Норма. Теперь полковник может отслеживать мое местонахождение с точностью до пяти метров, находясь при этом на значительном удалении от объекта наблюдения.

На крыльцо я вышел во втором часу пополудни.

И был приятно удивлен незаметным на первый взгляд профессионализмом «смежников». Да, глядя из окон на улицу, я ничего такого не заметил. Но в момент моего выхода у крыльца торчали с десяток парней в полной экипировке и держали меня под прицелом удобных для боя на короткой дистанции ПП «каштан».

А в калиточном проеме стоял средних лет лысый дядька в плаще. Тот самый, у которого меня в свое время неподалеку отсюда перехватили ловкие кабинетные, — только тогда он лысым не был.