Кто не думает о последствиях…

 – Он постучал в темное стекло водителя, оно опустилось, и показалась улыбающаяся физиономия ближайшего сподвижника Оловянного. – Если что разузнаешь, обязательно ему сообщи. Сразу же!

– Конечно, Руслан, конечно!

– Я слышал, что у тебя дочь больна и ей операция требуется… Возьми вот…

Оловянный достал из кармана пачку долларов США, перехваченную бандеролькой, и буднично протянул Саидбеку.

– Здесь как раз десять тысяч!

– Откуда ты все знаешь? – изумился Саидбек.

– Я же амир района, я все должен знать.

Подрагивающей рукой младший лейтенант взял пачку. Он никогда не держал такую сумму.

И даже не видел никогда столько долларов.

– Спасибо, Руслан! Я отдам, – ошеломленно прошептал он, даже не представляя – откуда можно взять десять тысяч долларов.

– Не надо отдавать, мы же друзья, – Оловянный внимательно посмотрел в глаза Саидбеку и похлопал его по плечу. От этого взгляда у младшего лейтенанта душа ушла в пятки. Он понял, что продал душу шайтану.

– Спасибо, – сказал участковый упавшим голосом.

– Кстати, тут наши жители сход провести хотят, – сказал Руслан. – Протестовать против пришлых ОМОНов, против режима КТО, против имамов, которые потакают кафирам… Так ты приди, проследи за порядком.

В форме, как положено…

– Как в форме? И вообще… Мне же все ребра переломают, а то и совсем убьют!

– Да что ты, Бек! – засмеялся Оловянный. – Кто же посмеет тебя тронуть? Ведь ты же власть!

И, перестав смеяться, вполне серьезно сказал:

– Не бойся ничего! Я отвечаю!

Такое обещание гарантировало безопасность лучше, чем взвод внутренних войск.

Пожав ему руку, Оловянный сел в машину и уехал. На прощанье участковому доброжелательно помахали рукой Муса и еще двое, сидящих на заднем сиденье…

Саидбек стоял, словно окаменевший, и смотрел вслед черной машине.

«Это они сегодня грохнули тех, на рынке, забрали у них деньги, отдали их мне и дружески улыбаются…»

Он испытывал противоречивые чувства. С одной стороны – Руслан вроде бы все сделал хорошо и правильно. Но с другой, вспомнилась поговорка: «Если волк съел твоего врага, то это не значит, что он стал твоим другом!» Изменится настроение – и он недрогнувшей рукой застрелит его, Саидбека, так же, как сегодня застрелил тех толстосумов! И всю семью вырежет, недаром проявил такую осведомленность о его семейных делах!

– О чем задумался, Бек? – участливо спросил незнакомый прохожий.

 – Заходи в дом, чаю выпьем, свежей лепешкой угощу!

– Спасибо, уважаемый! Извините, домой спешу!

Крайне удивленный таким дружелюбием, Саидбек пошел к своей «пятерке», которую теперь не надо было продавать. И что интересно: все с ним здоровались, никто не отворачивался, даже ишаки смотрели добрее. И он знал, в чем причина подобной перемены.

* * *Москва.