Крымская ракета средней дальности

Я сплюнул, уподобившись заразному милиционеру, пробормотал: «Все не слава богу» – и запрыгнул на подоконник.

Я не напрягал мозги в конструировании хитроумных комбинаций по спасению Ирэн. Я не знал, что буду делать конкретно. Я просто летел торпедой к вражескому кораблю, зенитной ракетой к самолету, снарядом к танку. Это было сродни безумству, короткому помешательству, но именно оно освобождало меня от необходимости просчитывать каждый шаг и делало меня до смешного смелым. Я знал только одно: без Ирэн болтаться по Побережью я не согласен. Это моя подчиненная, это сотрудник моей фирмы, и до тех пор, пока она не выйдет за кого-нибудь замуж, я головой отвечаю за нее и распоряжаюсь ею.

Она мне нужна, как воздух. Потому что я обязан объявить ей строгий выговор и лишить квартальной премии за самодеятельность и инициативу. Потому что она ничем не провинилась перед милиционерами. Да потому, в конце концов, что она порядочная, отважная, красивая и добрая девчонка! И ни одна сволочь не имеет права обращаться к ней на «ты» и называть ее оскорбительными словами. За это буду бить по морде!"

"Я выскочил из окна на улицу, едва не отдавив лапы Байкалу.

А ты, собака, подумал я, теперь забудь про курицу! Зачем я тебя кормил и приручал? Чтобы ты позволил забраться в окно посторонним? Ладно, ты, как законопослушный пес, впустил милиционеров. Прощаю. Но как ты посмел впустить убийцу?

Байкал принял мои стремительные скачки по мокрым кустам как приглашение к игре и увязался за мной. Я бежал изо всех сил, у меня даже ветер свистел в ушах. Давно я так не бегал. Нескольких секунд мне хватило на то, чтобы обежать дом, рухнуть в сырые от дождя кусты против фасада и оттуда смотреть, как из полуподвала по лестнице поднимается Ирэн в сопровождении двух милиционеров.

Наверное, если бы я еще поддал скорости, то успел бы увидеть через дверной проем, как мелькнула в окне моя задница.

Тяжко дыша, пес повалился рядом со мной. Я взглянул на него с презрением. Смотри, костогрыз, что из-за тебя случилось! Если бы не позволил убийце забраться внутрь конторы, то не было бы ни лески, ни падающего на пол ведра и тарелок и не ворвались бы к нам милиционеры.

Ирэн остановилась на пятачке – как раз на том месте, где она меня целовала.

Мне показалось, что чья-то ледяная рука сдавливает мне сердце. Плюющийся милиционер, расставив ноги и сунув руки в карманы, остался ее сторожить, в то время как его коллега побежал во двор за машиной.

Я вскочил на ноги. Зачем я тянул время, идиот! Разве не мог раньше сообразить, что они повезут ее в отделение не на такси, а в милицейском «УАЗе»?

Сжав кулаки и зубы, я побежал в обратную сторону, по кругу в дальний двор, где оставил свой «жигуль».