Льдинка
Как весело мчаться по заснеженной тайге на быстрых снегоходах! Молодых людей вовсе не пугают плотные тени деревьев, и глубокие снежные заносы, и кромешная тьма вокруг, и даже то, что куда-то вдруг пропала дорога, а мобильный телефон не находит сеть. И даже когда заглохли моторы, парни и девушки не потеряли присутствия духа и пошли по мрачному лесу пешком. Но что за избушка попалась им на пути? Домик лесника? Или приют? Что бы ни было – здесь можно заночевать, благо, в доме оказалась печь и даже дрова. Прочь дурное предчувствие! Кто осмелится обидеть таких здоровых, веселых и смелых молодых людей? Вот только зря они открыли крышку погреба и заглянули в подпол, где в глухой тишине застыла вязкая, бездонная чернота…
– А где Лана? Она же была вон там, я помню… там еще елка стояла…
Дильс кинул на него внимательный взгляд, плотнее сжал губы и, ничего не сказав, зашел обратно в дом.
Тима решил немного подышать свежим воздухом, как вдруг услышал внутри дома возбужденные голоса. Чувствуя неладное, он почти бегом бросился внутрь. Теперь все, кроме Яны (она все с тем же ошарашенным выражением лица сидела на кровати, запахнувшись в ветхое одеяло), сгрудились во второй комнатке. И тут Тиму словно током ударило – подвал! Как он мог забыть!
Снизу доносился какой-то шум.
– Дильс, кажется, там еще люди, – сказал молодой человек со шрамом.
– Люди, люди… Хер на блюде, – буркнул Дильс и вскинул на Тиму тяжелый взгляд своих черных глаз: – Почему вы не сказали, что с вами кто-то еще?
– Мы не знаем, кто там, – мрачно отозвался Тима. – Нас было четверо, а кто там внизу и сколько их – неизвестно.
– Отодвиньте кровать, – приказал Дильс. – Нет, вы стойте где стоите, – сказал он, заметив, что Тима сделал шаг вперед.
Мужчина со шрамом взялся за кровать, однако второй, с неприятной ухмылочкой, даже не тронулся с места.
– Костя, это тебя касается, – терпеливо пояснил Дильс. Тот повиновался, и от Тимы не ускользнуло, что сделал он это с явной неохотой. Пока они оттаскивали кровать в угол, возня в подвале прекратилась.
– Там с обратной стороны дверцы замок, – счел своим долгом проинформировать Дильса Тима, но тот даже не посмотрел в его сторону. Держа в правой руке ружье, другой рукой он с легкостью откинул люк, будто бы был из картона.
– Значит, так. Если вы меня слышите, то я приказываю вам выбираться наружу. На размышления пять секунд. В противном случае я сам спущусь вниз и тогда за себя не ручаюсь. Возможно, я убью вас. Как по законам военного времени.
Это было произнесено с таким хладнокровием, что Тима невольно поежился, в который раз задав себе вопрос: кто все-таки эти люди?
Несколько секунд, показавшиеся Тиме и Антону столетиями, ничего не происходило, и Дильс сказал, не оборачиваясь:
– Артур, фонарь.
Мужчина со шрамом протянул ему длинный фонарь замысловатой формы. Тима не мог оторвать глаз от этого фонаря. Однажды они с отцом ездили навещать каких-то дальних родственников в Тульскую область, и в одном доме, у каких-то стариков, он увидел на подоконнике именно такой фонарь. Это был не просто раритет, это был архираритет.
Пока он размышлял, внизу что-то зашуршало, и вдруг раздался мужской голос:
– Я выхожу. Не стреляйте.
Дильс отошел на пару шагов назад, не спуская с открытого подвала ружья. Тима внутренне подобрался. Сейчас он увидит того, кто чуть не довел его и Тоху до инфаркта. Спустя мгновение на поверхность выбрался крупный мужчина средних лет с густой бородой.

















