Льдинка

Вздохнув, он открыл дверь и шагнул в дом.

Дальше было вообще что-то невероятное. Яна билась в истерике, отказываясь верить в исчезновение вертолета, Антон с посеревшим лицом смотрел куда-то в пол, Злата с каменным выражением принялась разогревать ужин. Лишь Аммонит с невозмутимой физиономией заваривал чай, что-то насвистывая себе под нос. Тима изумлялся стрессоустойчивости этого человека – это как нужно от всего абстрагироваться, закрыться, как рак-отшельник (аммонит, черт возьми), в своей раковине, чтобы ничем не выдать своего состояния! В том, что оно на грани психоза, как и у всех присутствующих, он не сомневался, ведь Аммонит такой же смертный, как и все остальные, но умение этого человека контролировать свои чувства вызывало уважение.

Несмотря на то, что все были голодные, есть совершенно не хотелось, но Тима через силу запихнул в себя порошковое пюре с зеленым горошком. Зато чай выпил с наслаждением.

Дильс к еде даже не притронулся, лишь отхлебнул крепкого кофе.

– После ужина никуда не расходиться, – хмуро сказал он.

– Ха, щас, пойду прогуляюсь перед сном, понюхаю свежий воздух! – проворчал Антон.

Волки."

"Эта мысль с каким-то безумным спокойствием ланцетом разрезала сознание Ланы. До этого она видела этих животных только на экране телевизора, да у дяди Жени дома на стенке висит шкура убитого им волка, но чтобы вот так, в лесу, один на один…

Она обошла снегоход, прислушиваясь. Вроде бы все тихо, завывания прекратились. Лана присела над «Бураном» и принялась ощупывать пластиковый корпус снегохода. Она помнила, как ребята заправляли машины, и бензобак, кажется, находился под сиденьем… Она достала зажигалку, крутанула колесико. С тихим «чщщщщ» выбросилось пламя.

Пальцы уже совсем окоченели, но Лана, стиснув зубы, продолжала поиски, пока наконец не наткнулась на какой-то узкий шланг и крохотный краник. Так, отлично. Она попыталась отсоединить шланг, дергая его на себя. Тщетно. Лана принялась на ощупь исследовать шланг дальше, пока не обнаружила хомут, посредством которого шланг крепился к бензобаку. Снять его оказалось не так-то просто, и она исцарапала себе все пальцы. Потянулись клейкие минуты, которые были для девушки самыми длинными в ее жизни.

«Давай же», – ожесточенно произнесла она вполголоса. Заледеневшие руки уже потеряли всякую чувствительность, и Лана понимала, что еще немного – и она получит обморожение, но проклятый хомут наотрез отказывался сниматься. Внезапно за спиной послышалось угрожающее ворчание, она вздрогнула от неожиданности, сломав при этом ноготь. Однако тут же облегченно вздохнула – хомут, будто сжалившись, раскрылся, и она без труда сняла шланг. Правда, из него моментально потек бензин, намочив руку, и Лана торопливо закрыла краник.