Любовное зелье колдуна-болтуна

Папа, зачем ты их из Москвы вызвал? Разве мы плохо жили? Какого хрена захотел правду про смерть Бражкина выяснить? На фига тебе кресло мэра? Вон что вышло!

Я прикрепила листок к доске магнитом.

— Перед вами очередная жемчужина из собрания Агнии Генриховны Бундт. Примерно три года назад Игорь Семенович начал регулярно летать в Москву. Заведующую медархивом его вояжи удивили. Пожилая дама почуяла аромат тайны и обратилась к частному детективу Роману Варскину.

— Родятся в пруду крупные щуки, да их простой пескарик за усы дергает, — подал вдруг голос Федор Михайлович. — Рома из наших, его по состоянию здоровья комиссовали, нашли непорядок с сердцем. Он агентство открыл. Дорого берет, хорошо теперь живет.

— Варскин мог Агнии Генриховне безвозмездно услугу оказать, — предположил Глеб Валерьянович. — У Бундт полно компромата, может, и на Романа папочка есть.

— Нам неинтересно, как милая старушка расплачивалась с сыщиком, — остановила я эксперта, — важно иное: Варскин узнал, что мэру поставлен малоприятный диагноз — опухоль мозга.

— Мама, это правда? — ахнул Константин.

— Почему ты нам не сказала? — подскочил Семен.

Максим опустил глаза.

Старший брат показал на него пальцем.

— Похоже, он знал.

— Ага, любимчик всегда в курсе! — взвыл Семен. — Ну да, наш милый Максик, лучший дружочек мамы. Чмок-чмок, зайчик, всегда рядом, за руку держится… Ах, ах, Макс у нас ученый… А мы с Костей быдло. Мамуля всегда торгашей презирала.

— Неправда, — прошептала Каролина Олеговна, — я ко всем детям отношусь одинаково.

— Все сыновья любимые, но один любим больше, чем другие, — прошелестела Надя.

— Конечно, конечно, вы ко всем детям одинаково относитесь, — подхватила Раиса, — просто первые два сына вам не очень нравятся.

— Макс узнал случайно, — прошептала Бражкина, — не спрашивайте как, это вас не касается.

— Он тебе ребро сломал, — сказала вдруг жена Василия Петровича, — я в курсе.

Вдова мэра кивнула и тихо заплакала.

— Кто кому ребра ломал? — опешила Раиса.

Светлана Алексеевна встала.

— Татьяна, полагаю, я объясню ситуацию лучше вас. Опухоли мозга — темная история, но кое-что известно. У Игоря новообразование было не злокачественное, росло медленно. Первой на то, что с Бражкиным творится нечто странное, обратила внимание я, заметив, что Гарик внезапно стал проявлять несвойственную ему агрессивность. Прости, Каролина, не хочу тебе делать больно, но придется сказать. В сексе Игорь всегда был нежен, думал больше о моих ощущениях, чем о своих, одним словом, лучший любовник на свете. И вдруг он превратился в грубияна — причинял боль нарочно, явно получая от этого удовольствие. Один раз выбил мне зуб.