Львица по имени Лола

Хотя что он мог предложить, кроме себя красивого? Слухи ходили, упорные слухи, а дыма без огня не бывает — так Левку учили. Кто-то под кого-то лег, кто-то потом куда-то попал — в ротации, в конкурс, к продюсеру. Лев даже не стал ждать, когда ему предложат или намекнут на такой вариант. Жизнь — штука разнообразная, а гордость у человека одна и на всю жизнь.

И, наверное, подсознательно убегая от подобных перспектив, Лев очень быстро слепил Лолу. Хотя иной раз ему казалось, что она появилась сама, из ниоткуда, будто выплыла из тумана. Словно он сделал шаг вперед, туда, в белесую мглу, где только что ничего не было — и вот она стоит, во всей красе.

Лола Лайонс.

Сначала образ был грубее, гротескнее, но потом Левка Лолу пообтесал. Или они привыкли друг к другу. В общем, началась другая жизнь. Жизнь на двоих.

Жизнь нескучная. В бешенном темпе. За эти годы Левка насмотрелся такого, о чем за всю предыдущую жизнь в приморском провинциальном Ейске даже не догадывался. Что так бывает. Что такое бывает. Что такие бывают.

Но удивляться особо времени не было. Работал. Пахал как проклятый. Жадно хватался за любые предложения. Выстроил нормальные отношения с Яном.

Заработал на квартиру, сделал там все по своему вкусу, но бывал в ней редко, и то преимущественно спал. А так — работал. Крутился как белка в колесе.

Лола пользовалась популярностью, и недостатка в предложениях не было. И колесо продолжало крутиться, и предложения сыпались, и на выступлениях в «Синей каракатице» аншлаги.

А он работает. И уже в этой круговерти забывает — кто он. Где он, а где Лола. И лиц не видит, все в этом безостановочно крутящемся колесе сливается в одно размытое пятно.

А потом колесо вдруг остановилось.

И Лев увидел в этой толпе размытых пятен лицо."

"— Ну а остальное ты знаешь, — Левка протянул руку и взял кофейник с остатками кофе. Халат по плечу протестующе затрещал, но Лев проигнорировал. Отпил кофе из носика, как однажды хотел. — Я только вот еще что добавлю. Не знаю, что тебе наплел Разин. Не знаю — и даже знать не хочу. Я лгал тебе — это правда. Лгал о себе самом. Не говорил всей правды. И прошу за это у тебя прощения. Но все в моей жизни, что касается тебя — касается только тебя и меня. И мотив моих отношений с тобой очень простой, — Левка в один глоток допил кофе, оттер губы рукавом, оставляя на желтой махровой ткани коричневые следы.

 — Я люблю тебя, Дина. Мне кажется, я полюбил тебя прямо тогда, в «Синей каракатице», в первую же встречу. И все, что я делал, я делал ради тебя. Потому что хотел помочь. Потому что боялся потерять.

Дина молчала. Потом встала, занялась в полной тишине кофеваркой. Лев тоже молчал. После почти часа непрерывной исповеди, после признания в любви — на него накатило какое-то опустошение. Левка боролся с ним, но пока безуспешно.