Матабар (СИ)

— И еще страннее, что я его уже слышал где-то… и даже немного знаю. А еще… еще… новая монархия… что это значит — монархия?

« Спрошу, как законный представитель власти Новой Монархии…»

— А? Что? — обернулся Арди, думая, что услышал ветер. — Эти слова… я где-то уже слышал их.

Охотник уже было привычно отмахнулся от странных мыслей, принадлежащих завтрашнему дню, но не смог. Он сжимал и разжимал ладонь, а по коже текла струйка алой крови — когда он держал Цветок Горного Хрусталя, то порезался немного. Благо, этот цветок ничуть не опасен. Даже наоборот — он лечит сердца и снимает с них наваждения и колдовство.

Что-то всплывало в памяти Арди. Какие-то картины прошлого. Какие-то запахи. Ощущения.

Он прикрыл глаза и начал бережно перелистывать их, словно держал старую, хрупкую книгу.

— Логово? Хижина? Как у Атта’нха, только не изо льда. Из дерева. А где? Пахнет ежевикой… и еще теплом и чем-то… чем-то странным. Травой и землей… мука… это называется мука, да? Но где, — он листал их все быстрее и быстрее в поисках хоть какого-нибудь ориентира, пока не увидел то, что еще недавно казалось ему сном. Высокий каменный обрыв, — Кажется это… Ястребиный Утес? Но таких мест нет в Алькаде, — а на нем лежал камень, выщербленный ветрами и дождями, похожий на… — Попа Прыщавого Огра.

Арди открыл глаза и повернулся на запад.

— Я знаю, где это место… — прошептал он задумчиво. — Но откуда? Я ведь никогда там не был…

Какое-то время охотник стоял на месте, а затем побежал по следу ветра, пахнущего ежевикой и мукой.

А где-то высоко в горах барс, чувствуя, как сказанные им когда-то слова теряют силу, зарычал, завыл и бросился сквозь зарождающуюся бурю.

Глава 14

Арди бежал так быстро, что иногда, казалось, будто его ноги и вовсе не касаются снежного настила.

Лишь едва незаметные углубления в форме стопы становились доказательствами, что серая молния, промелькнувшая среди деревьев — не видение или мираж, созданный холодным ветром. В вышине пели птицы, провожая охотника."

"Небесные странники порхали рядом, презирая стужу и вьюгу. Они словно пытались что-то рассказать своему товарищу, но он их не слушал. Так же, как не слушал тянущиеся вниз ветви высоких деревьев, сбрасывающих снежные одеяла, просыпаясь в сезон, когда духи начертали им спать и видеть сны будущего и прошлого.

Не достиг слуха Арди и гул уставшей земли. Спрятанная под льдами, она могла лишь скорбно наблюдать, как все дальше уносят крепкие, быстрые ноги того, кто последние шесть сезонов дарил этому краю дыхание волшебства.

Арди не видел этого, а может не замечал или даже не хотел замечать, но лес позади него менялся. Исчезало то неуловимое ощущение, царившее здесь прежде. Ощущение чего-то таинственного, сакрального, но в то же время — родного и простого.