Матабар (СИ)

Скорее, как теплое одеяло, они окутывали что-то, что-то важное, но неподъемное, острое, колющее его. Слова барса спеленали эту боль, укрыли её и утащили куда-то в глубину.

Стало легче.

Не только телу, но и чему-то другому, чему мальчик не знал названия.

— Принюхайся, маленький охотник. Нюх — вернее глаз. Что ты чувствуешь?

Арди расширил ноздри и полной грудью вдохнул морозный воздух Алькады. На мгновение у него закружилась голова. Так много всего нового он теперь ощущал.

— Где-то есть вода, — зажмурившись ответил мальчик, вновь забывший о холоде. — И еще… что-то похожее на коз, но другое.

Арди открыл глаза. Рядом с ним, на камнях, лежал Эргар. Он опутал себя хвостами, а нос слегка опустил так, чтобы тот слился цветом с заснеженным уступом. Если бы Арди не знал, куда смотреть, то даже на расстоянии десяти шагов, не смог бы сразу распознать среди камней и снега — своего учителя.

— Вода, что бежит выше, уснула на этот сезон, маленький охотник, — Эргар странно дергал усами, немного напоминая мальчику кузнечика. — Козероги не способны разбудить её своими копытами, поэтому они спускаются ниже — туда, где вода не засыпает даже в самые темные часы власти Королевы.

— Королевы?

Эргар мотнул головой. Арди, за те долгие недели, что он провел в Хижине, успел выучить повадки учителя. Когда Эргар резко поводил носом из стороны в сторону, это всегда означало одно — не стоит лезть с расспросами.

— Запомни, маленький охотник, вода — это жизнь. Там, где есть вода, ты сможешь утолить и жажду, и голод."

"С этими словами хвост барса чуть дернулся и указал ниже. Ветер дул так, что поднимал пургу к вершине, заплетая вокруг неё острые косы. Мальчику пришлось свеситься вниз и, прищурившись, прикрыть глаза ладонью, чтобы что-то различить сквозь мерцание пляшущих льдинок.

Ниже, метров в пяти или шести, несколько козерогов — больших созданий, с тяжелыми, закрученными рогами, стояли на тонких уступах. Их мощные, массивные тела, укутанные плотной шерстью, прилипли к практически пологой скале. Сперва Арди не понимал, почему те так напряжены, но когда уставший ветер взял небольшую паузу, то сквозь утихающую пургу мальчик различил группу из маленьких козочек и козлят.

Куда скромнее самцов, без таких устрашающих украшений, они, казалось, вылизывали камни, но если чуть приглядеться, становилось понятно, что по склону стекали ручьи холодной воды.

— Отец говорил, что нельзя охотится на зверей, когда те у водопоя, — прошептал Арди, отодвигаясь от обрыва.

Стоило ему это сказать, как холод вновь, бешенной, голодной собакой, скаля клыки и пожимая хвост, начал подбираться к своей добыче.

— Твой отец выбрал человеческий путь, маленький охотник, — Эргар спустился со своего лежбища и прижался к уступу.