Месть – блюдо горячее

Каждый полковой командир несколько раз в год участвует в полевых поездках под руководством воеводы. Нет никаких преимуществ ни для кого: гвардейцы, выпускники академии, стажеры в иностранных армиях – для министра все равны. В зачет идут только знания и работа, умение маневрировать, принимать быстрые и верные решения. Способность вести людей в бой, в конце концов. Ничего этого, увы, нет в русской армии. Наши служат спустя рукава, военными новинками не интересуются, лижут задницу начальству. А там главное – шагистика, внешний вид солдата и полная покорность вышестоящим.

Артамонов подхватил:

– Будете осматривать Белград, увидите много необычного для русского глаза. Армия здесь очень демократична. Солдат, если у него есть деньги, может сидеть в театре в одном ряду с офицерами. И за соседним столиком в ресторане. Многие рядовые говорят офицеру «ты», и это никого не шокирует. Войники[43] храбрые, выносливые, дисциплинированные – отличный человеческий материал. Особенно пешадия, то есть пехота. Поголовная грамотность! Сербы вообще любят военное дело и хорошо с ним справляются. Страна в целом удивительная. Промышленности своей, можно сказать, что нет. Основная часть населения занимается сельским трудом, и такой труд пользуется всеобщим почетом. Сербы презирают ремесло, потому презирают и немцев, которые снабжают их всеми необходимыми товарами. Хлебороб или свинопас главное лицо везде, он смело заходит к министрам, парламентариям и даже к королю. Его величество «лейтенант Кара»[44] утром гуляет по столице без всякой охраны и беседует с прохожими. Наследник служит как рядовой офицер, ведет скромный образ жизни, не задается перед подчиненными. В недавней войне сам вел их в бой. В Сербии нет нищих, голодных, угнетенных, как в той же Австро-Венгрии. Алчных богатеев тоже нет, все примерно равны друг другу. Нет выпивох! Как писал наш сатирик Лейкин, сербы народ неполированный. Зато упрямы и крепко стоят на ногах. Очень дружелюбно настроены к нам, многие говорят по-русски. Имеется Русский клуб, популярный среди всех слоев общества. Вам туда, правда, нельзя, учитывая секретный характер вашей командировки…

– Они не просто так нас любят, – остановил Артамонова Продан. – А потому, что видят в нас союзников в неизбежной войне. Раньше, при короле Александре Обреновиче, в ходу был лозунг «един децениум мира», то есть одно десятилетие мирной жизни. Дайте нам этот срок, мы наладим жизнь, а там как пойдет. Сейчас девиз сменился: «Война неизбежна, русские нам помогут!» Портреты наших государя с государыней висят по деревням в домах крестьян. У всех на умах фузия – по-сербски слияние, объединение. В народе сильная ненависть к австрийцам и активное желание войны.