Между двух мужей

Забравшись с ногами на расшатанный диванчик, испуганно прижавшись к стене, Марина с ужасом наблюдала, как разогретые водкой и «плодово-ягодным» (и то и другое лилось рекой) парни закатывали друг друга в ковер, гонялись за восторженно визжавшими девицами и заставляли их плясать на столе, пытались напоить вином кукушку в часах, вставши на руки, балансировали на перильцах балкона… Нельзя сказать, что Алеша до этого дня не пробовал спиртного – просто он никогда не пил его в таких количествах. Поэтому парень ровно ничего не соображал, когда Марина, после того как гости расползлись (некоторые, впрочем, не сумели уйти дальше ванной комнаты), подхватила осоловелого любимого под руки и поволокла его за собой, в соседнюю комнату, прямо на тети-Тонину кровать. Там она стащила с Алеши брюки, рубашку, майку, трусы и, наскоро раздевшись до дезабилье, легла рядом.

Сама Антонина храпела в гостиной на диване, а старшего брата Алеши, Егора, увела ночевать к себе его девушка, Ириша.

Утром Марина проснулась оттого, что Алеша, приподнявшись на локте, пристально смотрел ей в лицо – в глазах его были страх и чувство вины.

– Марина, – он тяжело сглотнул, кадык его заходил ходуном, и спутанные черные волосы свесились на потный лоб, – что ты тут делаешь?!

– То есть как? – нежно проворковала девушка, потянувшись. – Ты попросил меня остаться – я и осталась. Мы ведь скоро распрощаемся, Алешенька…

– А почему ты… не ушла домой?

– Да потому, что ты попросил меня остаться! – повторила Марина, пожав голыми плечиками.

Кровать заскрипела – Алеша тяжело поднялся, сел на краю постели, обернув торс простыней и обхватив голову руками.

– Боже, как гудит все…

– Кваса хочешь? – предложила Марина. – На кухне есть, я видела. Сейчас принесу…

– Нет, погоди, – он положил руку на Маринино обнаженное плечо, не давая ей подняться. – Скажи… между нами было… что-нибудь?

– Все, – невинно ответила Марина и сделала вид, что обиделась. – Ты что же, совсем ничего не помнишь? А говорил-то, говорил…

– Что говорил?

– Как хорошо тебе со мной, говорил! Что мечтал обо мне, говорил! Что не забудешь теперь никогда, какой я была в эту ночь, говорил! Что все два года, до самого возвращения, будешь меня помнить! Ничего себе – помнить, когда ты уже сейчас все забыл…

– Да нет, я не то чтобы все забыл, – немного струсил Алеша, – просто у меня голова так трещит…

Вот почему, уходя служить на границу, парень был так уверен, что у них с Мариной «было все»…

* * *– Вот! Теперь и в самом деле все! – заявила мне Маринина сиделка и даже со звоном бросила в стакан ложечку. – Точка!

– Нет, не все, – наседала я. Под столом я наступила ей на ногу и не давала девице тронуться с места.