Бывшие. Без срока давности (СИ)

Она бы расстроилась до слез, а ее здоровье и сердце в последнее время и так шалили…

Плохо, что только я это понимала и действовала во благо. Сестричка же нагло этим пользовалась, на жалость давила.

Мурзалиеву о своей беременности она сообщать не спешила, что меня злило неимоверно. Неужели она обманом хотела навязать мужчине нежеланного ребенка, дотянув до срока, когда аборт было бы сделать невозможно?!

И в то же время требовать, чтобы она пошла и избавилась от малыша… казалось чудовищным. Я-то в свое время оставила ребенка, даже зная, что Богдану мы были не нужны.

Так сложно.

Сердце болело.

Семья же. Родные! Какие бы ни были, но ближе мамы и сестры у меня не было никого.

***

— Настюш, а ты Зайку-Улыбаку возьмешь? — появилась рядом мама, протягивая затасканного старого зайчика, любимую игрушку Яночки в прошлом.

— Ох, ма. Вспомнила же ты, — улыбнулась я, смахнув слезинки с ресниц. — Даже не знаю, мне кажется, Яна уже переросла эту игрушку.

— А ты подумай, она много места не займет.

— Ма, ты только посмотри на эти горы вещей. Надо выбрать самое необходимое, а у меня руки не поднимаются убрать лишнее. Еще Зайка сверху…

— Попроси Богдана. Неужели он ради дочери еще один чемодан не нагрузит? Или не просила…

Я отвела взгляд в сторону. Отношения с Богданом — больная, сложная тема. Хочется, но…

В этот миг сердце замерло в груди.

Я, кажется, впервые с момента его появления открыто себе призналась, что хотела… быть… с ним.

До дрожи.

— Да ну прекрати. Ничего я просить не стану.

— Какая ты гордая, он на тебя с тоской и жаждой смотрит… Глядишь, на многое бы согласился, но ты его сторонишься, а он уже не знает, на какой кобыле к тебе подъехать.

— Вот опять мы о Богдане говорим. Почему, ма? Все разговоры к нему сводятся.

— Потому что ты молодая, красивая, у вас такая любовь была. Что себя хоронить? Надо попробовать…

— Было бы что.

— Упрямая! — ругнулась мама и шутливо замахнулась на меня полотенцем. — Бросай вещи, пошли ужинать. И о моих словах подумай. Настюш… Ты даже не представляешь, как мне тяжело думать, что у меня две дочери, и обе не видят женского счастья. Я себя ущербной чувствую, что-то я вам не дала, как мама… Где-то закрался мой провал, — тоже зашмыгала носом."

"— Ма, прекрати. Ты тут не при чем, — постаралась успокоить расстроившуюся маму.

— Если так, то попробуй, доча. Просто попробуй снова. С Богданом.

— Мама, ты все не унимаешься. Никак не уймешься, пока не получишь положительный ответ, да?

— Так и есть. Доча, вы были такой красивой парой и расстались неожиданно. Ясно, что завистники постарались вас разлучить. Происшествие с Яной… не просто так случилось. Прости боже, но я в этой беде вижу шанс на искупление и счастье для вас троих. Да-да, не спорь, я слышала, как Яночка заливалась, о папе рассказывала.