Мой чужой король

А потом говорит то, отчего и я перестаю улыбаться, — Растопила лед, что сковывал и сдерживал мое сердце… лед, что удерживал этот замок от падения.

Падаю я.

В пропасть осознания.

Могу ли я быть виноватой?

— Твой огонь лишь ускорил немного то, что и должно было произойти. Эта история длится несколько веков, — Ворон говорит серьезно и держит меня крепко, так крепко, что можно пока остаться на земле, — Столько, сколько существует замок. Я и сам только недавно понял, в чем заключается проклятие… Да, замок дает его властителю силу и талант завоевателя. Неуязвимость, нечеловеческие способности. И забирает возможность остаться человеком. С каждым кристаллом в моей короне я все больше врастал в его каменную плоть… Но за все требуется расплата. Я нашел те десять рун, а также летопись, в которой говорилось про жертвы… С каждым веком этих жертв становилось все больше, а владельцы сменялись все чаще…

— Все может быть не так! — возразила упрямо, — Я тоже нашла те десять рун и совсем другую летопись. Я сумела понять её… и пусть эта легенда не про замок, про другое… Но она лишь подтверждает — самим своим существованием и другим прочтением рун! — правы те, кто говорит: мы сами выбираем, каким путем пойти. И жертвой вовсе не смерть может стать, а жизнь!

— О чем ты?

— Что есть противопоставление гибели? — зашептала жарко, — Рождение. Мы можем зачать на круге наследника… я знаю, как помочь природе, чтобы это точно произошло…

Отшатнулся.

— Ты желаешь нашему первенцу такой судьбы?! Он получит проклятье по праву своего рождения!

— Но ты не знаешь этого точно!

— Как и ты не знаешь точно того, что твой путь поможет!

Мы уставились друг на друга зло — будто не спасти пытались один другого. И Ворон отступил первым — точнее, приблизился и снова прижал к себе:

— Замок разрушается. И я чувствую, как опадают мои крылья. Я не могу рисковать…

— Я это тоже чувствую. Всегда… Ощущала тебя после первой нашей ночи так, что полагала себя сумасшедшей. Но когда попала в замок — чувствовала только стены. И ника не могла понять, что стало причиной? А теперь, зная о вашем единстве, — я не плакала, но была близка к этому, — поняла. Ты не сможешь жить без Сердца Ворона… Неужто предпочитаешь умереть?

— Предпочитаю не стать очередным безумным королем, вседозволенность которого ведет к самому простому решению. Я и так был близок к этому. Да, я получил силу вместе с проклятием, а с ними и ответственность за то, чтобы удержать эту силу, чтобы завоевать для Севера как можно больше. Но я осознал — моя ответственность совсем в другом…

Он замолчал. Напрягся. Прислушался…

Отдаленный рокот и несколько толчков осыпали мелкие камни вокруг нас.

Я вдруг поняла, что у нас — у меня — совсем немного времени, чтобы убедить его.