Сокровища Валькирии. Книги 1-7

"

"— Ничего себе, заявления! — Олег почувствовал, как начинает трезветь. — Ты вообще-то мужик серьёзный? Или как?

— За базар отвечаю, — ухмыльнулся он, показывая, что владеет современным лексиконом. — Невезуха у вас начнётся прямо с сегодняшнего дня. Если не откажитесь бурить. Вспомните потом меня не один раз. Коль Баркоша сказал — не суйтесь, значит, не суйтесь.

— А кто такой — Баркоша? — топограф заинтересовался пророчествами мусорщика.

— Я Баркоша. Это моя фамилия.

— Послушай, мусорщик, а ты местный? — спросил Олег.

— Приезжий, — нехотя отозвался тот. — Жена местная…

— Оно и видно.

— Издалека, — он явно потерял всякий интерес к общению и вместе с ним — азарт. — Не тяните резину, ребята. Езжайте и больше не возвращайтесь.

— Ты что же, вроде как выставляешь нас? — задиристо спросил Зимогор.

— Добро, мужики, я вас предупреждал, — спокойно сказал он, развернулся по-армейски и зашагал вдоль опушки кедровника — туда, откуда явился. Но через минуту остановился, помахал рукой, крикнул:

— Слышь, подойди сюда!

— Это ты кому? — спросил топограф.

— Да ему, этому шустрому! — указал на Зимогора.

Упоминание об этом вдруг непроизвольно насторожило Зимогора, в сердце будто щёлкнуло что-то и поток адреналина ударил в кровь. Не хотел, но пошёл к мусорщику.

— Был я на лугах… И что?

Баркоша как-то резко изменился — нос вытянулся, губы посерели и краснота с рожи сползла.

— Ты это… Ты там женщину не встречал? Молодая, в красивом платье…

— Как зовут?

— Да она может назваться как захочет!

Зимогор, наверное, не сумел скрыть чувств, а пытливый, наблюдательный мусорщик мгновенно уловил его состояние.

— Значит, встречал… Ну и как? — показалось, он улыбался зло и надменно. — Как она тебе, понравилась?.. Ладно, вижу, что понравилась. Пуговицы с «мясом» рвал, штаны в руках носишь…

Он уже не мог совладать с собой, всё произошло как бы спонтанно, ненароком. Олег не был драчуном, не помнил, когда в последний раз кого-нибудь бил, но тут уложил мусорщика одним ударом в переносицу. Карабин отлетел в сторону, а сам мусорщик, распластавшись на земле, раскинул руки, замер и, часто моргая, стал смотреть в небо. И было злобное желание добавить — пнуть сапогом по рёбрам или врезать ещё раз по роже, однако странное поведение соперника обескуражило и мутный ком агрессивных чувств вышел через темя, словно синий, ядовитый дым.

— Это моя жена, — проговорил он, сдерживая сбивчивое дыхание. — Гражданский брак… Но всё равно… Замучился с ней.

От костра уже летел топограф, почему-то с рейкой в руках. Зимогор развернулся и пошёл к нему навстречу.

— Олег Палыч! Он что? Он на тебя?!

Оставив его, Олег вернулся к костру, взял початую бутылку и выпил из горлышка.