Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Я так испугался, что Аквилонов меня вообще выгонит!.. И не пустят больше в Манораю.

— А что это — Манорая?

— На Алтае, впадина такая. Говорят, метеоритный кратер…

— И она там живёт? — чего-то испугалась мать.

— Ну, где-то там, не знаю…

— Ой, Олежка, боюсь я за тебя! Только глупость новую не сотвори, ладно? А вообще привези её, покажи…

— Нет, мам, вряд ли. Не знаю, увижу ли ещё… Вот ты медик, объясни мне: возможно, чтобы человек вспомнил свою прошлую жизнь? Вернее, мы что, действительно живём несколько раз?

— Как тебе сказать?.. Вот ты упомянул Алтай, а в груди у меня так защемило.

Помню, что-то отец твой рассказывал. То ли бывал там, то ли ещё что… Но знакомо. Мне почему-то не верится, чтобы такое сложное и высокоорганизованное существо умирало вместе с физической смертью. Медицина говорит одно, а думается другое…

— Спасибо, мам, я поехал. Тебе нравится мой конь?

Домой он вернулся в сумерках, ничего особенного не заметил во дворе, поставил машину и только вошёл в квартиру, как тут же за спиной раздался звонок. Зимогор включил свет и открыл дверь: на пороге стоял Иван Крутой, поигрывал ключами — значит, сам был за рулём.

Сразу же прострелила злорадная мысль: опомнился, отошёл и приехал возвращать в кресло главного геолога! Иначе чего бы потащился на квартиру через полгорода, если никогда здесь не был, да и быть не мог: не царское это дело — ходить по избам холопов…

— Ты где это машину взял? — тон вроде бы звучал по-отечески. — Подкатил как барон и даже меня не заметил!

— Темновато было, — сдержанно проронил Зимогор. — Проходите!

Аквилонов прикрыл за собой дверь, сел на шкаф для обуви, глянул исподлобья.

— Ты эту папку… зачем Ангелу показывал? Я же предупредил тебя!

Олег на мгновение даже растерялся от резкого перехода.

— Я никому не показывал… И какие могут быть секреты от Ангела?

— Не твоё собачье дело! Так показывал или нет?!

— Да ничего я не показывал! — уже возмутился он.

— Врёшь!.. Откуда Ангелу стало известно об этих документах?

— Не имею представления! Я его даже не видел!

Иван Крутой уже не слышал его, рычал, как накатывающийся гром.

— Со мной вздумал поиграть? В двойную игру? Ласковое теля двух маток сосёт?.. Да ты ещё… сопля зелёная тягаться со мной! Игрок!

И тут внезапно Зимогор понял и необычное поведение Аквилонова, и его этот приезд на квартиру, и резкую смену настроений: утомился Иван Крутой, не выдержал ритма и нравов рыночной жизни.

Взял вес, но сил нет зафиксировать и удержать. Кто-то оказался хитрее, изворотливее, могущественнее и нанёс ему рану, возможно, в спину ударил. И теперь этот раненый царь в пылу предсмертной ярости и гнева бросился давить свою челядь.

— Продал меня! — ревела гроза в прихожей.