Мой театр. По страницам дневника. Книга II
Вокруг имени Николая Цискаридзе по-прежнему бурлят страсти. Его успешная в разных областях деятельность вызывает искреннее уважение и признание у одних, раздражение и зависть у других. Не потому ли, что сегодня он – один из немногих, кто является действительно значимой личностью в искусстве, талантливый и непримиримый в отношении культа крикливой бездарности.«Мой театр. Книга II» – продолжение автобиографии, созданной на основе дневника 2003-2013 гг. Вернувшись в Большой театр после травмы, едва не стоившей жизни, приходится заново доказывать право на звание премьера. Руководство пытается тормозить успешное развитие карьеры, заявляя – «незаменимых нет»; его не устраивает и быстро растущая благодаря ТВ популярность артиста у широкой зрительской аудитории. Настоящей трагедией становится «реконструкция» ГАБТа. Второе дыхание дарит участие в гала звезд по всему миру, проекты «Короли танца» и «Русские сезоны XXI век», тесное сотрудничество с Мариинским театром, приглашение вновь танцевать в Парижской опере, профессия педагога. Но судьба преподносит новые испытания. В начале 2010-х годов в процессе борьбы за власть в ГАБТе провоцируются громкие скандалы с целью оклеветать и уничтожить Цискаридзе. Однако их организаторы терпят поражение, оказываются сами жестко наказаны жизнью.Драматичный, непредсказуемый сюжет этой книги полон и счастливых, светлых воспоминаний – о достижениях учеников, творческих победах, а главное, о дорогих для автора людях: Семёновой, Пестове, Пети, Жанмер, Григоровиче, Максимовой, Плисецкой, Хазанове, Неёловой, Образцовой, Вишневской, графине де Дориа, Демидовой, Винер-Усмановой, Фрейндлих, Виктюке, Гундаревой, Аллайя, Чайковской, Фоменко и других. Связанные с ними истории, полные юмора и человеческого тепла, приоткрывают занавес над личной жизнью танцовщика.Книга рассчитана на самую широкую аудиторию. Большинство фотографий публикуются впервые.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Правда, непонятно, с какого такого перепуга? Ни Филин, ни эта труппа к Петру Антоновичу вообще никакого отношения не имели.
В гала на Новой сцене ГАБТа нам с Воронцовой предстояло исполнить «Пахиту» в версии Ю. Бурлаки. Я этот балет в редакции С. Н. Головкиной готовил еще в школе, но так в нем и не вышел. Эту же училищную версию «Пахиты» танцевала, оканчивая МГАХ, и Лина. Получалось, надо самому выучить новую партию и Лину подготовить. Начали с ней, как говорится, с нуля осваивать «Пахиту».
Бурлака же страсть как любит открывать все музыкальные купюры в своих редакциях старых балетов, все танцевальные сцены едва ли не в два раза становятся длиннее.
В общем, нам с Линой предстояло все выучить, успеть отрепетировать, а времени в обрез. Вариацию, которую я сам собирался танцевать, когда-то поставил Л. М. Лавровский, у нее ритм мазурки в третьей части. И, видимо, натанцевавшись в Оперá хореографии Нуреева, где сочетается несочетаемое, я придумал свой вариант финальной части вариации.
Потом на международных балетных конкурсах я не раз наблюдал, как многие иностранцы танцуют в «Пахите» мой вариант хореографии. Правда, Цискаридзе «проходит» там под именем Мариуса Петипа, хотя Петипа в жизни не поставил ни одной мужской вариации, за исключением Голубой птицы в «Спящей красавице». Да и та под сомнением, думаю, там Э.
28 января в зрительном зале Новой сцены ГАБТа на юбилейном гала в честь 80-летия П. А. Пестова яблоку негде было упасть. Вечер прошел на подъеме. «Пахита» с большим успехом. Лина прекрасно станцевала, с достоинством, музыкально, сделала все технические трюки, которые только возможны в этой партии."
"А в афише рядом с датой пестовского концерта стояло подряд несколько «Пахит». И на одну из наших с Воронцовой оркестровых репетиций пришли все балерины Большого театра, танцевавшие этот балет, и сели в зрительном зале.
48
То, что Пестов не приехал на свой юбилей в Большом театре, стало для меня очень тяжелым ударом, если не предательством. Я до последнего надеялся, что он передумает и прилетит в Москву.















