Молчи обо мне

Я укладываю ребенка на пеленальный столик и вместо тысячи слов провожу наглядную демонстрацию: снимаю комбинезон и пару теплых одежек, избавляю малыша от одной из двух шапок, а потом прикладываю его к плечу.

Меня заедает боль, но я лучше сдохну, чем покажу свою слабость. Пусть думает, что у ее авторитарного босса случился приступ сантиментов.

— Младшая сестра, — поясняю свой опыт. — Мать вышла замуж во второй раз, когда мне было восемнадцать. Ее мужу было тридцать — и через год у меня появилась кукла, о которой я не просил.

Еще одна темная часть прошлого, о котором я стараюсь не упоминать, потому что до сих пор понятия не имею, куда после скоропалительной смерти моей матери ее нерадивый муж увез ребенка.

"Евгения минуту колеблется, но все-таки признает мою правоту и быстро уходит.

Пока Евгения в душе, я позволяю себе вольность попутешествовать по ее квартире с ребенком на руках. Меня совершенно не пугает присутствие младенца, разве что немного выбивает из колеи его запах. Потому что море моей памяти снова неспокойно — и, если я срочно не отвлекусь на что-т более спокойное, в мое настоящее снова вернутся те дни, когда я был глупым, поспешным, слишком злым и категоричным.

Мне нравится ее квартира: хороший вид из окна, удобная планировка, где каждый квадратный метр используется с пользой, не теряется в дизайнерских завихрениях коридоров. Красивая отделка комнат, стильный минимализм в светлых тонах и при этом все пропитано каким-то романтизмом. В винтажной глиняной вазе под старину — букет засушенных подсолнухов. На полочках — мелкий декор, сувениры, ракушки. И всего пара рамок с фото, на одной из которых Евгения в обнимку с сестрой, а на другой — мужчина и женщина в окружении своих дочерей-школьниц.

На кухне тоже полный порядок. Я заглядываю в холодильник и там действительно только то, что не могло быстро испортиться: благородный сыр, консервированные фрукты. А на кухонном столе — подсвечники с подтаявшими разноцветными свечами. Кто-то любит проводить вечера в атмосфере?

Я усмехаюсь своим мыслям, потому что всегда представлял Евгению именно такой: женщиной, которая умеет создавать себе уют, любит делать «красиво» не потому, что нужно, а просто так.

— Нашли что-то интересное в моем холодильнике? — слышу в спину знакомый голос и как только оборачиваюсь — Евгения тут же забирает у меня ребенка. Хоть он прекрасно и сладко уснул и не похоже, что собирается просыпаться в ближайшее время.

— Убедился, что могу доверять моей Правой руке, — отвечаю я и поглядываю на часы. — Я успею съездить в супермаркет за продуктами. У вас есть гастрономические пристрастия?

— Вам пора, Лука, — говорит она и освобождает проход к двери.