Эта горькая сладкая месть

– Все из-за тебя, гадина, – пробормотала профессорская дочка, – явилась разнюхивать, наврала с три короба про Казань, потаскуха. Но ничего, сейчас все закончится, получишь по заслугам, сучка ментовская.

Профессорша затравленно поглядела на дочурку:

– Светочка, успокойся.. Надо вызвать врача для Маргоши. Видишь, бедняжке плохо с сердцем от жары стало.

– Да ладно, мама, – отмахнулась глыбоподобная баба, – поздно. Одной дурой меньше, теперь и от другой избавимся.

Глаза психопатки стали почти белыми, я поняла, что сейчас меня схватят, возможно, задушат и сбросят из лоджии на тротуар.

Быстрым движением я сунула руку в сумку, выхватила пистолет и направила на убийцу.

– Пять шагов назад, повернись лицом к стене и расставь ноги на ширину плеч.

Светлана оттекла назад, но к стене не повернулась.

– Ну, – пригрозила я, – быстро. Ты права, я из милиции, и сейчас сюда ворвется группа ""Альфа"". Живо к стене.

Валерий ойкнул и убежал. Света с Виолеттой повернулись омерзительными мордами к холодильнику. Стараясь не смотреть на труп Марго, я вытащила мобильник, соединилась с полковником и грозно отрапортовала:

– Майор Дарья Васильева сообщает о выполнении задания.

Преступники взяты на мушку. Группа быстрого реагирования может начать штурм квартиры академика Альберта Павловского.

Александр Михайлович умный, сразу сообразит, только бы побыстрей установил адрес.

– Послушай, – заквакала Света."

"– Молчать! – заорала я, усиленно изображая из себя сотрудника отдела по борьбе с организованной преступностью.

– Ну погоди, дай сказать, – загундосила баба, – давай договоримся. Сколько хочешь за то, чтобы сейчас отпустить нас с матерью?

– Молчи, сука, – ласково сообщила я.

– Двести тысяч долларов, – не успокаивалась привыкшая все покупать Света.

– Где такие бабки возьмешь?

– Хорошо, хорошо, – обрадовалась жаба, думая, что ментовка клюнула на соблазнительную сумму. – Давай так сделаем. Мы сейчас уйдем. А завтра на тебя квартиру перепишем.

– Обманешь, – стала я прикидываться.

– Да что, на мне креста нет? – удивилась Светка. – Честное благородное, квартира твоя.

– Какая?

– Да моя же, – заявила негодяйка, – не сомневайся.

– Ну, надо подумать.

Света стала медленно поворачиваться.

– Стой, как стояла! – заорала я. – Сейчас придумаю, как лучше дельце обстряпать! Минуты текли томительно.

– Ну, – поторопила дочка академика, – докумекала?

И тут в кухню ворвались люди в камуфляже. Через пару секунд женщин заковали в наручники. Я устало опустила руку с пистолетом. Конечность мелко подрагивала и отказывалась сгибаться в локте. Ноги стали ватными, спину закололо иголками.

В кухню быстрым шагом влетел полковник.

– Жива?

Я кивнула головой и, разрыдавшись, плюхнулась на табуретку.