На тропе Луны

Карина перехватила руку Ларисы, мимоходом удивившись, что теткина ладонь едва ли не меньше ее собственной. Ларик вырвалась и снова запустила пальцы в Каринины лохмы.

– Ты же все понимаешь, да? – продолжала Лариса. – К утру меня уже не будет. И это, увы, навсегда. Молчи, не перебивай. Видит бог, я никаких детей растить не хотела, и тетка из меня получилась ужасная. Но я сделала все, чтобы ты была жива и как можно дольше живой оставалась.

Карина открыла было рот, но теткины пальцы почти до боли вцепились ей в волосы, заставляя нагнуть голову. Лариса жарко и прерывисто зашептала ей в лицо:

– Прости меня, детка, пожалуйста, прости.

У нашей семейки чертова уйма тайн, и я ни одной тебе не раскрою. Я не хочу, чтобы ты совалась во всю эту грязь, не хочу, чтобы ты погибла. Слушай внимательно. Прямо сейчас ты встанешь и отправишься в наш дом. В моей комнате, в верхнем ящике стола лежат банковские карты и документы. Дом, кое-какие деньги – это все твое. Жаль, до старости тебе не хватит. Но тебе до нее, если верить всем этим трепачам-знаккерам, очень, очень далеко. Впрочем, на институт и на кое-какое устройство в жизни я тебе заработала.

– Ларис, что ты фигню какую-то порешь. – Карина высвободилась из тетушкиного захвата. – Давай-ка лучше молчи, и отдыхай побольше, и лечись. От сломанных ребер еще никто не умирал, и ты первой не будешь, размечталась… А потом мы с тобой на море поедем, и я там ни в кого не превращусь и даже никого не покусаю…

Лариса усмехнулась, горько и болезненно. По красивому лицу побежали морщинки, словно соединяя губы и синяки вокруг глаз.

– Ребра-то ерунда… Карин, тут дело в той самой магии, от которой я прошу тебя держаться подальше. Я умираю, потому что я попала под знак уничтожения.

И послушайся ты меня хоть раз в жизни. Запрись в доме – это надежное логово. Пересиди там, пока знаккеры в городе.

– Да я…

– Что за ребенок, на любое слово тридцать три возражения! Марк твердит, что тебе без бега по лунным тропам нельзя. Ну так ты, если совсем невмоготу, беги по тропе, только в Трилунье проклятое не суйся, возвращайся. Ты волк, ты только между Землей и Трилуньем в безопасности, да в своем логове. Ты меня поняла?

Карина кивнула. Внутри все кипело и бурлило. Какого черта? Заклятие? И что теперь, вот так, ручки сложить и умирать? Да она сейчас пойдет и папашу-Резанова за шиворот сюда притащит, пусть только вякнет что-то против.

И пока он заклятие не снимет – фиг вый дет отсюда. Хоть раненый, хоть контуженный.

А Лариса смотрела на племянницу, усмехаясь.

– Ты, прежде чем планы строить, научись морду кирпичом делать, – посоветовала она, – а то все на ней написано. Нет, малыш. Это заклятие из разряда необратимых. Знаешь, если свеча сгорела, то хитрые химики, может, и восстановят фитиль… и воск даже.