Изобличитель. Кровь, золото, собака

 – Никто ведь следствия не вел…

– Вы говорили, что провизор ваш – химик с университетским дипломом… – сказал Ахиллес задумчиво. – Сможете привлечь его к делу? И уговорить не болтать потом?

– Думаю, без особенного труда. Это что же, началось самое настоящее следствие? – спросил пристав с нескрываемой радостью.

– Оно самое, – усмехнулся Ахиллес.

– Значит, подозреваете…

Они посмотрели друг другу в глаза.

– Подозреваю, – кивнул Ахиллес.

– Была тут у меня схожая мысль… – сказал пристав. – Даже с агрономом с агрономической станции советовался – есть у нас агрономическая станция, единственная в уезде.

Грешил на спорынью[117] – знаете, как с ней порой обстоит? Ну вот… Только агроном мои умозаключения опроверг – из зерна нынешнего урожая еще никто хлеба не молол, я справлялся…

– Теперь далее… – сказал Ахиллес. – Меня крайне интересуют два человека. Зовут их Пров Семеныч и Гордей Степаныч, тоже из кулаков, арендовали у Лесневского землю наравне с Капитановым, только меньшие части…

– Оба мне прекрасно известны.

– Я их видел, обоих, – сказал Ахиллес.

 – Но решительно не запомнил, кто из них кто. А оказалось, мне необходимо это знать…

Он постарался как можно тщательнее описать приставу того из визитеров, что выглядел более нерешительным, лишенным той напористости, что была свойственна второму.

– Это не ребус, – усмехнулся пристав. – Гордей Степаныч Калитурин, вылитый.

– У вас найдется чем его прижать?

– Ну, на такую-то публику у меня всегда что-то да найдется… Что, допросить его? А на предмет чего?

– С вашего позволения, допросил бы его я, – сказал Ахиллес.

 – Потому что знаю то, чего вы пока не знаете… Это возможно?

– Как вам потребуется! – энергично воскликнул пристав. – Коли уж пошло настоящее следствие… Если угодно, я прямо сейчас пошлю стражника и велю доставить.

– Неплохо было бы.

Пристав вышел стремительным шагом и очень быстро вернулся:

– Отправил я Панкстьянова, моментом доставит, у него не побрыкаешься, будь ты хоть Калитурин, хоть Варламов… Быть может, перейдем в самое удобное для следствия место? У нас на селе съезжей избы[118] нет, не город, но становая комната имеется, выполняющая совершенно те же функции, и даже более того.

Гордей Степаныч – не великой храбрости экземпляр, атмосфера на него особенно подействует…

Вскоре Ахиллес понял, что это за странноватый домик на подворье пристава, который он увидел, едва подъехав: флигель не флигель, да в селах и нет такой городской придумки, как флигеля, – но и на амбар или летнюю кухню как-то решительно не похож. Не на всех, но на некоторых окнах прочные решетки совершенно на манер тюремных.